Праздники древнего рима луперкалии

From Wikipedia, the free encyclopedia

Not to be confused with Lupercal.

Lupercalia
Lupercalia most likely derives from lupus, «wolf», though both the etymology and its significance are obscure[1] (bronze wolf’s head, 1st century AD)
Observed by	Roman Kingdom, Roman Republic, Roman Empire
Type	Classical Roman religion
Celebrations	feasting
Observances	sacrifices of goats and a dog by the Luperci; offering of cakes by the Vestals; fertility rite in which the goatskin-clad Luperci strike women who wish to conceive
Date	February 15

Lupercalia was a pastoral festival of Ancient Rome observed annually on February 15 to purify the city, promoting health and fertility.^[2] Lupercalia was also known as dies Februatus, after the purification instruments called februa, the basis for the month named Februarius.

Name[edit]

The festival was originally known as Februa («Purifications» or «Purgings») after the februum which was used on the day.^[3] It was also known as Februatus and gave its name variously, as epithet to Juno Februalis, Februlis, or Februata in her role as patron deity of that month; to a supposed purification deity called Februus;^[4] and to February (mensis Februarius), the month during which the festival occurred.^[3] Ovid connects februare to an Etruscan word for «purging».^[5]

The name Lupercalia was believed in antiquity to evince some connection with the Ancient Greek festival of the Arcadian Lykaia, a wolf festival (Greek: λύκος, lýkos; Latin: lupus), and the worship of Lycaean Pan, assumed to be a Greek equivalent to Faunus, as instituted by Evander.^[6] Justin describes a cult image of «the Lycaean god, whom the Greeks call Pan and the Romans Lupercus», as nude, save for a goatskin girdle.^[7]

The statue stood in the Lupercal, the cave where tradition held that Romulus and Remus were suckled by the she-wolf (Lupa). The cave lay at the foot of the Palatine Hill, on which Romulus was thought to have founded Rome.^[8] The name of the festival most likely derives from lupus, «wolf», though both the etymology and its significance are obscure. Despite Justin’s assertion, no deity named «Lupercus» has been identified.^[1]

Rites[edit]

Locations[edit]

The rites were confined to the Lupercal cave, the Palatine Hill, and the Forum, all of which were central locations in Rome’s foundation myth.^[9] Near the cave stood a sanctuary of Rumina, goddess of breastfeeding; and the wild fig-tree (Ficus Ruminalis) to which Romulus and Remus were brought by the divine intervention of the river-god Tiberinus; some Roman sources name the wild fig tree caprificus, literally «goat fig». Like the cultivated fig, its fruit is pendulous, and the tree exudes a milky sap if cut, which makes it a good candidate for a cult of breastfeeding.^[10]

Priesthoods[edit]

The Lupercalia had its own priesthood, the Luperci («brothers of the wolf»), whose institution and rites were attributed either to the Arcadian culture-hero Evander, or to Romulus and Remus, erstwhile shepherds who had each established a group of followers. The Luperci were young men (iuvenes), usually between the ages of 20 and 40. They formed two religious collegia (associations) based on ancestry; the Quinctiliani (named after the gens Quinctia) and the Fabiani (named after the gens Fabia). Each college was headed by a magister.^[11]

In 44 BC, a third college, the Juliani, was instituted in honor of Julius Caesar; its first magister was Mark Antony.^[12] The college of Juliani disbanded or lapsed following the Assassination of Julius Caesar, and was not re-established in the reforms of his successor, Augustus. In the Imperial era, membership of the two traditional collegia was opened to iuvenes of equestrian status.

Sacrifice[edit]

At the Lupercal altar, a male goat (or goats) and a dog were sacrificed by one or another of the Luperci, under the supervision of the Flamen dialis, Jupiter’s chief priest.^[13] An offering was also made of salted mealcakes, prepared by the Vestal Virgins.^[14] After the blood sacrifice, two Luperci approached the altar. Their foreheads were anointed with blood from the sacrificial knife, then wiped clean with wool soaked in milk, after which they were expected to laugh.

The sacrificial feast followed, after which the Luperci cut thongs (known as februa) from the flayed skin of the animal,^[2] and ran with these, naked or near-naked, along the old Palatine boundary, in an anticlockwise direction around the hill.^[10] In Plutarch’s description of the Lupercalia, written during the early Empire,

…many of the noble youths and of the magistrates run up and down through the city naked, for sport and laughter striking those they meet with shaggy thongs. And many women of rank also purposely get in their way, and like children at school present their hands to be struck, believing that the pregnant will thus be helped in delivery, and the barren to pregnancy.^[15]

The Luperci completed their circuit of the Palatine, then returned to the Lupercal cave.

History[edit]

The Februa was of ancient and possibly Sabine origin. After February was added to the Roman calendar, Februa occurred on its fifteenth day (a.d. XV Kal. Mart.). Of its various rituals, the most important came to be those of the Lupercalia.^[16] The Romans themselves attributed the instigation of the Lupercalia to Evander, a culture hero from Arcadia who was credited with bringing the Olympic pantheon, Greek laws and alphabet to Italy, where he founded the city of Pallantium on the future site of Rome, 60 years before the Trojan War.

Lupercalia was celebrated in parts of Italy and Gaul; Luperci are attested by inscriptions at Velitrae, Praeneste, Nemausus (modern Nîmes) and elsewhere. The ancient cult of the Hirpi Sorani («wolves of Soranus», from Sabine hirpus «wolf»), who practiced at Mt. Soracte, 45 km (28 mi) north of Rome, had elements in common with the Roman Lupercalia.^[17]

Descriptions of the Lupercalia festival of 44 BC attest to its continuity; Julius Caesar used it as the backdrop for his public refusal of a golden crown offered to him by Mark Antony.^[18][19] The Lupercal cave was restored or rebuilt by Augustus, and has been speculated to be identical with a grotto discovered in 2007, 50 feet (15 m) below the remains of Augustus’ residence; according to scholarly consensus, the grotto is a nymphaeum, not the Lupercal.^[10] The Lupercalia festival is marked on a calendar of 354 alongside traditional and Christian festivals.^[20]

Despite the banning in 391 of all non-Christian cults and festivals, the Lupercalia was celebrated by the nominally Christian populace on a regular basis into the reign of the emperor Anastasius. Pope Gelasius I (494–96) claimed that only the «vile rabble» were involved in the festival^[21] and sought its forceful abolition; the Roman Senate protested that the Lupercalia was essential to Rome’s safety and well-being. This prompted Gelasius’ scornful suggestion that «If you assert that this rite has salutary force, celebrate it yourselves in the ancestral fashion; run nude yourselves that you may properly carry out the mockery».^[22]

There is no contemporary evidence to support the popular notions that Gelasius abolished the Lupercalia, or that he, or any other prelate, replaced it with the Feast of the Purification of the Blessed Virgin Mary.^[23] A literary association between the Lupercalia and the romantic elements of Saint Valentine’s Day dates back to Chaucer and poetic traditions of courtly love.^[24][25][26]

Legacy[edit]

Horace’s Ode III, 18 alludes to the Lupercalia. The festival or its associated rituals gave its name to the Roman month of February (mensis Februarius) and thence to the modern month. The Roman god Februus personified both the month and purification, but seems to postdate both.

William Shakespeare’s play Julius Caesar begins during the Lupercalia. Mark Antony is instructed by Caesar to strike his wife Calpurnia, in the hope that she will be able to conceive.

Research published in 2019 suggests that the word Leprechaun derives from Lupercus.^[27][28][29]

Today, the Satanic Temple celebrates Lupercalia among its official holidays.

References[edit]

Citations[edit]

Bibliography[edit]

• A. M. Franklin, The Lupercalia (doctoral dissertation, 1921, 102pp.)
• Green, William M. (January 1931). «The Lupercalia in the Fifth Century». Classical Philology. 26 (1): 60–69. doi:10.1086/361308. S2CID 161431650. Retrieved 2008-01-26.
• Liebler, Naomi Conn (1988). The Ritual Ground of Julius Caesar.

Further reading[edit]

• Beard, Mary; North, John; Price, Simon. Religions of Rome: A History. Cambridge University Press, 1998, vol. 1, limited preview online; search «Lupercalia».
• Lincoln, Bruce. Authority: Construction and Corrosion. University of Chicago Press, 1994, pp. 43–44 online on Julius Caesar and the politicizing of the Lupercalia; valuable list of sources pp. 182–183.
• North, John. Roman Religion. The Classical Association, 2000, pp. 47 online and 50 on the problems of interpreting evidence for the Lupercalia.
• Markus, R.A. The End of Ancient Christianity. Cambridge University Press, 1990, pp. 131–134 online, on the continued celebration of the Lupercalia among «uninhibited Christians» into the 5th century, and the reasons for the «brutal intervention» by Pope Gelasius.
• Rissanen, Mika (2012). «The ‘Hirpi Sorani’ and the Wolf Cults of Central Italy». Arctos (46): 115–135.
• Vuković, Krešimir (2016). «Roman Myth and Ritual: Groups of Luperci and Epigraphic Evidence». Epigraphica. 78: 43–52.
• Vuković, Krešimir (October 2018). «The topography of the Lupercalia». Papers of the British School at Rome. 86: 37–60. doi:10.1017/S0068246217000381. JSTOR 26579503. ProQuest 2117060930.
• Wiseman, T.P. «The Lupercalia». In Remus: A Roman Myth. Cambridge, Cambridge University Press, 1995, pp. 77–88, limited preview online, discussion of the Lupercalia in the context of myth and ritual.
• Wiseman, T.P. «The God of the Lupercal», in Idem, Unwritten Rome. Exeter, University of Exeter Press, 2008.

External links[edit]

• William Smith, Dictionary of Greek and Roman Antiquities, 1875: Lupercalia

From Wikipedia, the free encyclopedia

Not to be confused with Lupercal.

Lupercalia
Lupercalia most likely derives from lupus, «wolf», though both the etymology and its significance are obscure[1] (bronze wolf’s head, 1st century AD)
Observed by	Roman Kingdom, Roman Republic, Roman Empire
Type	Classical Roman religion
Celebrations	feasting
Observances	sacrifices of goats and a dog by the Luperci; offering of cakes by the Vestals; fertility rite in which the goatskin-clad Luperci strike women who wish to conceive
Date	February 15

Lupercalia was a pastoral festival of Ancient Rome observed annually on February 15 to purify the city, promoting health and fertility.^[2] Lupercalia was also known as dies Februatus, after the purification instruments called februa, the basis for the month named Februarius.

Name[edit]

The festival was originally known as Februa («Purifications» or «Purgings») after the februum which was used on the day.^[3] It was also known as Februatus and gave its name variously, as epithet to Juno Februalis, Februlis, or Februata in her role as patron deity of that month; to a supposed purification deity called Februus;^[4] and to February (mensis Februarius), the month during which the festival occurred.^[3] Ovid connects februare to an Etruscan word for «purging».^[5]

The name Lupercalia was believed in antiquity to evince some connection with the Ancient Greek festival of the Arcadian Lykaia, a wolf festival (Greek: λύκος, lýkos; Latin: lupus), and the worship of Lycaean Pan, assumed to be a Greek equivalent to Faunus, as instituted by Evander.^[6] Justin describes a cult image of «the Lycaean god, whom the Greeks call Pan and the Romans Lupercus», as nude, save for a goatskin girdle.^[7]

The statue stood in the Lupercal, the cave where tradition held that Romulus and Remus were suckled by the she-wolf (Lupa). The cave lay at the foot of the Palatine Hill, on which Romulus was thought to have founded Rome.^[8] The name of the festival most likely derives from lupus, «wolf», though both the etymology and its significance are obscure. Despite Justin’s assertion, no deity named «Lupercus» has been identified.^[1]

Rites[edit]

Locations[edit]

The rites were confined to the Lupercal cave, the Palatine Hill, and the Forum, all of which were central locations in Rome’s foundation myth.^[9] Near the cave stood a sanctuary of Rumina, goddess of breastfeeding; and the wild fig-tree (Ficus Ruminalis) to which Romulus and Remus were brought by the divine intervention of the river-god Tiberinus; some Roman sources name the wild fig tree caprificus, literally «goat fig». Like the cultivated fig, its fruit is pendulous, and the tree exudes a milky sap if cut, which makes it a good candidate for a cult of breastfeeding.^[10]

Priesthoods[edit]

The Lupercalia had its own priesthood, the Luperci («brothers of the wolf»), whose institution and rites were attributed either to the Arcadian culture-hero Evander, or to Romulus and Remus, erstwhile shepherds who had each established a group of followers. The Luperci were young men (iuvenes), usually between the ages of 20 and 40. They formed two religious collegia (associations) based on ancestry; the Quinctiliani (named after the gens Quinctia) and the Fabiani (named after the gens Fabia). Each college was headed by a magister.^[11]

In 44 BC, a third college, the Juliani, was instituted in honor of Julius Caesar; its first magister was Mark Antony.^[12] The college of Juliani disbanded or lapsed following the Assassination of Julius Caesar, and was not re-established in the reforms of his successor, Augustus. In the Imperial era, membership of the two traditional collegia was opened to iuvenes of equestrian status.

Sacrifice[edit]

At the Lupercal altar, a male goat (or goats) and a dog were sacrificed by one or another of the Luperci, under the supervision of the Flamen dialis, Jupiter’s chief priest.^[13] An offering was also made of salted mealcakes, prepared by the Vestal Virgins.^[14] After the blood sacrifice, two Luperci approached the altar. Their foreheads were anointed with blood from the sacrificial knife, then wiped clean with wool soaked in milk, after which they were expected to laugh.

The sacrificial feast followed, after which the Luperci cut thongs (known as februa) from the flayed skin of the animal,^[2] and ran with these, naked or near-naked, along the old Palatine boundary, in an anticlockwise direction around the hill.^[10] In Plutarch’s description of the Lupercalia, written during the early Empire,

…many of the noble youths and of the magistrates run up and down through the city naked, for sport and laughter striking those they meet with shaggy thongs. And many women of rank also purposely get in their way, and like children at school present their hands to be struck, believing that the pregnant will thus be helped in delivery, and the barren to pregnancy.^[15]

The Luperci completed their circuit of the Palatine, then returned to the Lupercal cave.

History[edit]

The Februa was of ancient and possibly Sabine origin. After February was added to the Roman calendar, Februa occurred on its fifteenth day (a.d. XV Kal. Mart.). Of its various rituals, the most important came to be those of the Lupercalia.^[16] The Romans themselves attributed the instigation of the Lupercalia to Evander, a culture hero from Arcadia who was credited with bringing the Olympic pantheon, Greek laws and alphabet to Italy, where he founded the city of Pallantium on the future site of Rome, 60 years before the Trojan War.

Lupercalia was celebrated in parts of Italy and Gaul; Luperci are attested by inscriptions at Velitrae, Praeneste, Nemausus (modern Nîmes) and elsewhere. The ancient cult of the Hirpi Sorani («wolves of Soranus», from Sabine hirpus «wolf»), who practiced at Mt. Soracte, 45 km (28 mi) north of Rome, had elements in common with the Roman Lupercalia.^[17]

Descriptions of the Lupercalia festival of 44 BC attest to its continuity; Julius Caesar used it as the backdrop for his public refusal of a golden crown offered to him by Mark Antony.^[18][19] The Lupercal cave was restored or rebuilt by Augustus, and has been speculated to be identical with a grotto discovered in 2007, 50 feet (15 m) below the remains of Augustus’ residence; according to scholarly consensus, the grotto is a nymphaeum, not the Lupercal.^[10] The Lupercalia festival is marked on a calendar of 354 alongside traditional and Christian festivals.^[20]

Despite the banning in 391 of all non-Christian cults and festivals, the Lupercalia was celebrated by the nominally Christian populace on a regular basis into the reign of the emperor Anastasius. Pope Gelasius I (494–96) claimed that only the «vile rabble» were involved in the festival^[21] and sought its forceful abolition; the Roman Senate protested that the Lupercalia was essential to Rome’s safety and well-being. This prompted Gelasius’ scornful suggestion that «If you assert that this rite has salutary force, celebrate it yourselves in the ancestral fashion; run nude yourselves that you may properly carry out the mockery».^[22]

There is no contemporary evidence to support the popular notions that Gelasius abolished the Lupercalia, or that he, or any other prelate, replaced it with the Feast of the Purification of the Blessed Virgin Mary.^[23] A literary association between the Lupercalia and the romantic elements of Saint Valentine’s Day dates back to Chaucer and poetic traditions of courtly love.^[24][25][26]

Legacy[edit]

Horace’s Ode III, 18 alludes to the Lupercalia. The festival or its associated rituals gave its name to the Roman month of February (mensis Februarius) and thence to the modern month. The Roman god Februus personified both the month and purification, but seems to postdate both.

William Shakespeare’s play Julius Caesar begins during the Lupercalia. Mark Antony is instructed by Caesar to strike his wife Calpurnia, in the hope that she will be able to conceive.

Research published in 2019 suggests that the word Leprechaun derives from Lupercus.^[27][28][29]

Today, the Satanic Temple celebrates Lupercalia among its official holidays.

References[edit]

Citations[edit]

Bibliography[edit]

• A. M. Franklin, The Lupercalia (doctoral dissertation, 1921, 102pp.)
• Green, William M. (January 1931). «The Lupercalia in the Fifth Century». Classical Philology. 26 (1): 60–69. doi:10.1086/361308. S2CID 161431650. Retrieved 2008-01-26.
• Liebler, Naomi Conn (1988). The Ritual Ground of Julius Caesar.

Further reading[edit]

• Beard, Mary; North, John; Price, Simon. Religions of Rome: A History. Cambridge University Press, 1998, vol. 1, limited preview online; search «Lupercalia».
• Lincoln, Bruce. Authority: Construction and Corrosion. University of Chicago Press, 1994, pp. 43–44 online on Julius Caesar and the politicizing of the Lupercalia; valuable list of sources pp. 182–183.
• North, John. Roman Religion. The Classical Association, 2000, pp. 47 online and 50 on the problems of interpreting evidence for the Lupercalia.
• Markus, R.A. The End of Ancient Christianity. Cambridge University Press, 1990, pp. 131–134 online, on the continued celebration of the Lupercalia among «uninhibited Christians» into the 5th century, and the reasons for the «brutal intervention» by Pope Gelasius.
• Rissanen, Mika (2012). «The ‘Hirpi Sorani’ and the Wolf Cults of Central Italy». Arctos (46): 115–135.
• Vuković, Krešimir (2016). «Roman Myth and Ritual: Groups of Luperci and Epigraphic Evidence». Epigraphica. 78: 43–52.
• Vuković, Krešimir (October 2018). «The topography of the Lupercalia». Papers of the British School at Rome. 86: 37–60. doi:10.1017/S0068246217000381. JSTOR 26579503. ProQuest 2117060930.
• Wiseman, T.P. «The Lupercalia». In Remus: A Roman Myth. Cambridge, Cambridge University Press, 1995, pp. 77–88, limited preview online, discussion of the Lupercalia in the context of myth and ritual.
• Wiseman, T.P. «The God of the Lupercal», in Idem, Unwritten Rome. Exeter, University of Exeter Press, 2008.

External links[edit]

• William Smith, Dictionary of Greek and Roman Antiquities, 1875: Lupercalia

Предисловие от А.Колтыпина. Овидий в «Фастах (1 в.) писал, что Пан (Фавн) первым прибыл в Италию (в район, где потом был построен Рим) и обучил местное население основам цивилизации. Фавн был мудрым и справедливым правителем. Его правление предшествовало историческому царскому периоду в Риме и составляло первую эпоху распространения культуры в стране.

Пан (Фавн) имел эпитет «Луперк» (Lupercus «Волчий») – возможно из-за этого священным животным Зевса был волк и в свите всех аналогов Пана постоянно были собаки или волки.

Святилище в честь Пана находилось в пещере Луперкал у подножия Палатинского холма, где, по преданию, волчица выкормила Ромула и Рема, основателей Рима.

Вступление:

Луперкалии – праздники в честь бога Фавна (Луперка, др-греч. Пан). Проходили 15 февраля в святилище бога (Луперкале), находившемся у грота на Палатинском холме. Были учреждены Ромулом и Рэмом, выросшими среди пастухов.

Lupercalia — древнеримский фестиваль эротизма в честь богини «лихорадочной» любви Juno Februata. Место, где волчица (следуя легенде) выкормила Ромула и Рема (основателей Рима), считалось у римлян святым. Каждый год 15 февраля здесь проводился праздник, называемый «Lupercalia» (от лат. lupo волчица), во время которого в жертву приносились животные. Из их шкур изготавливались бичи и после пира, молодые люди брали бичи из кожи жертвенных животных и выходили в город пороть женщин. Главной частью фестиваля Луперкалиа были голые мужчины, несущие ремни из кожи козла, которые бежали мимо женщин и били их; женщины охотно подставляли себя, считая, что эти удары дадут им плодовитость и легкие роды. В конце торжеств женщины тоже раздевались догола. Эти празднества стали так популярны, что даже когда многие другие языческие праздники были отменены с приходом христианства, этот еще долгое время существовал. Празднества Луперкалий завершались своеобразной лотереей. Девочки-подростки писали в записках свои имена и помещали эти записки в огромную урну, а затем мужчины вытягивали из урны эти записки. Девочка, имя которой вытягивал мужчина, становилась его сексуальным партнером на целый год до следующих празднеств. Таким образом у людей праздник ассоциировался со свободной любовью и сексом. В античной Греции этот праздник назывался Панургии — ритуальные игрища в честь бога Пана (в римской традиции — Фавн) — покровителя стад, лесов, полей и их плодородия. Пан — весельчак и повеса, прекрасно играет на свирели и вечно преследует нимф своей любовью. Все вышесказанное можно считать языческим вкладом в традицию Дня Всех Влюбленных.

Источник

Луперкалии были не просто весёлым, но и несколько диким праздником

Середина февраля в наше время связывается с праздником влюблённых, а именно – Днём Святого Валентина. Считается, что торжество 14 февраля связано со святым покровителем Валентином, однако немало исследователей говорят о том, что День влюблённых произошёл от гораздо более древнего праздника – Луперкалий.

Они знаменовали период с 13 по 15 февраля в Древнем Риме и были посвящены богу плодородия Луперку (его также именовали Фавном, а в древней Греции Паном). Вот только римский вариант праздника совсем не походил на умилительное празднование с открытками-сердечками.

Как появился этот праздник?

О происхождении Луперкалий нет точных сведений (из-за давности самого праздника). Как писал Овидий, торжество попадало на третий день после февральских ид (это как раз приходится на 15 февраля), а иногда Луперкалии начинали праздновать на несколько дней раньше.

Как предполагают историки, традиция проводить торжества в честь бога плодородия появилась задолго до основания Рима, а позднее обычаи различных племён объединились в весьма колоритную “гремучую” смесь, что и наблюдалась во время Луперкалий.

Главным покровителем Луперкалий считался Луперк, божество плодородия и плодовитости. В Риме его также именовали Фавном, а греки с ним отождествляли своего бога Пана.

Интересно происхождение имени Луперка. В нём явно слышится латинская основа “люпус”, что означает “волк”. Но не думайте, что Луперк мог превращаться в волка, словно оборотень из жутких преданий. Напротив, этот бог особенно защищал пастухов и скот, поскольку имел влияние на серых хищников.

Хочу заметить, что и греческий Пан являлся покровителем пастухов. Не исключено, что поначалу Луперкалии представляли собой пастуший праздник, который со временем вышел за пределы профессии.

День Святого Валентина по древнеримски

Где же проходили Луперкалии? Конечно, разнузданные торжества, что нередко превращались в оргии, сложно представить на центральных улицах Рима. Неслучайно местом проведения празднеств служила пещера Луперкал, что располагалась у Палатинского холма.

И здесь снова присутствует некий культ волка. Согласно легендам, именно неподалёку от этого места маленьких Ромула и Рема увидела волчица, что выкормила их своим молоком. В дальнейшем знаменитые герои стали основателями Рима.

Священным животным Луперка также являлся козёл, однако участи скота в дни Луперкалий не стоит завидовать. Именно козлы часто становились жертвами, которых римляне посвящали своему богу. Жертвоприношение становилось главным событием праздника.

После закалывания козла, с животного сдирали шкуру, которую разрезали на тонкие ремни. Всё это производили жрецы в храмах Луперка, приобщиться к ритуалам простым людям было нельзя. Но самое забавное начиналось после жертвоприношения. Остатки шкур жрецы повязывали в качестве набедренной повязки, брали в руки изготовленные ремни и выбегали из святилища.

На улице их уже дожидались люди (в большинстве – женщины). Жрецы Луперка мчались через толпу, нещадно стегая ремнями всех, кто попадался под руку. Поразительно, но многие римляне намеренно старались попасть под удар. Прикосновение ремня жреца Луперка сулило мужчине процветание и успех в делах, а женщине – возможность родить много детей.

А вот другой обряд Луперкалий был весьма таинственным. Для него выбиралась пара знатных юношей. Во время жертвоприношения жрец прикасался окровавленным кинжалом ко лбам молодых людей, после чего второй служитель Луперка быстро стирал кровавые отметки козлиной шкурой. На праздничном пиршестве, что следовало после поднесения жертвы, оба избранных юноши должны были присутствовать, а по завершению трапезы – рассмеяться.

Что значил этот обряд, сказать сложно, поскольку в древних источниках нет точных трактовок. На мой взгляд, это было некое благословение от божества, которое затем молодые люди передавали всем в своём смехе.

Основной задачей Луперкалий было отпугивание волков от пастбищ и просьба бога послать приплод – как скоту, так и людям. Известно, что в 276 году до нашей эры в Риме резко упала численность детей. Из-за вспыхнувшей эпидемии часто рождались больные или мертворожденные дети.

Как известил народ оракул, для плодовитости люди должны были прибегать к различным мистическим ритуалам. Это укрепило традиции Луперкалий, ведь, как считалось, женщина способна оздоровиться после порки жертвенной кожей козла.

Луперкалии нельзя было назвать чинным религиозным празднеством. Во время “волчьего” торжества жрецы и сами стремились уподобиться диким животным. Многие из них полностью обнажались, что давало стимул собравшимся участникам также отбросить одежду и всякие приличия. Нередко в финале Луперкалий происходили массовые оргии, которые, как верили, несут энергию бога Луперка.

Луперкалии сегодня кажутся диким и шокирующим праздником, однако в Древнем Риме к ним относились вполне терпимо. Есть предположение, что даже знаменитый Марк Антоний участвовал в торжествах бога Луперка в качестве жреца. Запрещены Луперкалии были лишь в 496 году папой Геласием I, но даже сегодня в европейских странах 14 февраля остаётся любимым праздником. Правда, отмечают его несколько иначе.

Источник

Дополнительный материал от “Русский след”

Гимн лихорадочной любви

История празднования «дня святого Валентина» и вся его атрибутика берёт начало от древнеримских Луперкалий (Lupercalia, от  лат. Lupo- волчица).

В Древнем Риме февраль был началом весны и считался месяцем ритуальных очищений. Фестиваль проводился каждый год 15 февраля в гроте Lupercal у подножия Палатинского холма, меньшего из семи главных холмов Рима. В пещере, на Палатинском холме, под Смоковницей-кормилицей (лат. Ficus Ruminalis)  Капитолийская  волчица выкормила братьев Ромула и Рема, основателей Рима. Праздник Луперкалий проводился  в честь бога лесов и пастбищ Фавна, имя происходит от древнегреческого бога Пана.

В «Иллюстрированной истории Рода» Уильяма М. Купера описан фестиваль луперкалий.

Плутарх в «Сравнительных жизнеописаниях» пишет о том, что в этот день происходили очистительные жертвы, во время которой убивали козла – для плодородия и собаку – для духовного очищения. Кровь убитых животных предназначалась для ритуального орошения посевов. Молодые жрецы-луперки нарезали содранные с козла и собаки шкуры полосками, окунали их в священную кровь жертвенных животных и, раздевшись донага, начинали ритуальный бег вокруг Палатинского холма, шлепая окровавленными кожаными ремнями женщин.

Считалось, что эти удары исцеляют женщин от бесплодия и облегчают роды. Сообщается, что даже Марк Антоний бегал, как Луперций. В продолжение этого празднества женщины тоже раздевались догола, и Луперкалий превращался в оргию.

14 февраля римляне отмечали праздник в честь богини материнства Юноны, покровительницы всех женщин и богини «лихорадочной» любви Juno Februata ( februa — фебруа, фебрум — februum — очищение). Празднование Juno Februata сопровождается языческими обрядами очищения, ставшими частью подготовки к наступлению весны в северном полушарии.

В этот день девушки писали своё имя на куске пергамента, который бросали в урну.

Каждый молодой  мужчина-холостяк доставал из урны записку и становился на один день (или на один год до следующего 14 февраля) временным сексуальным партнёром своей случайной избранницы.

Луперкалии. Художник Андреа Камасси, ок. 1635.

У римлян Луперкалий ассоциировался с лихорадочным сексом и свободной любовью на один год без дальнейших обязательств. «Союз по жребию» иногда мог перерасти в брачный союз.

В 494 г. Папа римский Геласий I пытался запретить этот языческий праздник, однажды, в урну вместо имен незамужних девушек  были брошены записки с именами христианских святых. По замыслу папы Геласия I , все должны были достать по одной записке и весь год жить, подражая благочестивой жизни выбранного по жребию христианского святого.

В борьбе с празднованием римлянами луперкалий, Папе римскому Геласию I удалось убедить Римский Сенат прекратить празднование этого праздника. В 496 году Луперкалии заменил празднованием Дня Святого Валентина.

Этому празднику был избран небесный покровитель — Святой Валентин, и придумана история, объясняющая, почему Святой Валентин стал покровителем всех влюбленным.

В легенде о святом Валентине говорится о римском императоре Клаудиусе Втором, который в 269 году н. э. запретил жениться солдатам, проходящим армейскую службу. Он полагал, что это укрепит его армию. Когда Клаудиус узнал, что молодой священник Валентин тайно проводит запрещенные свадебные церемонии, он приказал казнить Валентина, побив его камнями и отрубив ему голову. Казнь священника Валентина состоялась 14 февраля 269 года, позднее он был канонизирован церковью.

Содержание  праздника 14 февраля не является христианским, хоть и называется днём христианского святого Валентина. Языческий луперкалий остаётся блудом под маской христианства. Православная эстетика любви построена языческим обрядом на ответственности за соблюдение Божьих заповедей. Вседозволенность, безответственность и распущенность не рождают в молодых людях серьёзных чувств, а лишь опустошают душу, превращая их в холодных циников, которые ничего не ценят.

Христианская эстетика протестует не против любви, а против подмены любви этим суррогатом случайных сексуальных связей. В «дне святого Валентина» нет ничего истинного – всё неправда и пошлость, как эти картонные сердечки с мишурой, с данными в шутку фиктивными обещаниями «вечной любви», ради праздничка.

В послании Святого Апостола Павла к Коринфянам (глава 13) сказано: «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я – медь звенящая (…).

Если имею дар пророчества и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто (…). И если я раздам все имение моё и отдам тело моё на сожжение, а любви не имею, – нет мне в том никакой пользы.

Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, всё переносит. Любовь никогда не перестает (…). А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше».

У православных христиан России есть свой «день влюбленных» – День Любви и Верности — 8 июля, когда мы почитаем покровителей семьи, святых Петра и Февронию Муромских, чья любовь спасает жизнь. Любовь и Верность супружеского союза Петра и Февронии считается образцом христианского брака. В День Любви и Верности — 8 июля молодые люди не дарят «картонных сердечек» друг другу, а  молятся в церкви и просят Всевышнего о высокой любви, а супруги – о семейном согласии.

Источник

 Луперкалии — фестиваль эротизма в честь богини «лихорадочной» любви Juno Februata и бога Фавна (Луперк — одно из его прозвищ), покровителя стад, который отмечался ежегодно 15 февраля.

осуществлялись ритуальные уборки: дома подметались, посыпаясь затем солью и пшеницей, называемой „спелт“.

В античное время детская смертность была очень высока, В 276 году до н. э. Рим чуть было не вымер в результате «эпидемии» мертворождений и выкидышей. Оракул известил, что для повышения рождаемости необходим обряд телесного наказания (порки) женщин с помощью жертвенной кожи. Люди, которые по каким-либо причинам имели мало детей или не имели вообще, рассматривались как проклятые и прибегали к мистическим обрядам, чтобы обрести способность к деторождению.

Согласно «Иллюстрированной истории Рода», написанной Уильямом М. Купером, главной частью фестиваля Луперкалий были голые люди, несущие ремни из кожи козла, которые бежали мимо женщин и били их; женщины охотно подставляли себя, считая, что эти удары дадут им плодовитость и легкие роды. Это стало очень распространенным ритуалом в Риме, в котором участвовали даже члены знатных семейств. Записи говорят, что даже Марк Антоний бежал как Луперци. В конце торжеств женщины тоже раздевались догола.

Новый год – 1марта,
связан с началом земледельческих работ.
Все праздники носят обрядовый характер.

Луперкалий
– праздновали
в феврале.
Посвящен богу скотоводства Фавну.
Приносили в жертву козлов, в знак очищения
и искупления грехов. Жрецы закалывали
животных, делали из их кожи ремни, обегая
храм, хлестали всех. В первую очередь
замужних женщин, помогало от бесплодия.

Фералии
– обряд очищения. Украшались могилы,
приносились жертвы. Считалось, что души
летают над могилами.

Новый год –
в марте. Впервые дарят подарки близким.
Лакомство – количество их приравнивалось
к количеству пожеланий. Затем стали
дарить лампы с надписями. В этот день
приносили жертву богу Янусу, он бог еще
и времени, прошлого и будущего, двуликий.

Матриманиалии
– в марте. Праздник супружества. Особо
торжественный для жен. Венки из живых
цветов на голове, шли в храм Юноны,
покровительнице брака. Мужчины шли в
храм Януса с жертвенными дарами.
Невольницы в этот день пользовались
свободой.

Цибела
– в марте. Праматерь всего живущего на
земле. Срубали молодую сосну, ствол
окутывали ликами, а ветви венками и
фиолетовыми лентами. Несли в храм, где
жрецы творили обряды. В этот день
запрещались все печальные церемонии.

Гиларии
– день гостеприимства.

Цереалии –
апрель. Церера – богиня Плебса, шел 8
дней. Праздничное шествие в цирк, где
конные состязания. Римляне в белых
одеждах слали друг другу венки из цветов
и принимали гостей. В Сирии почитаемым
людям перед дверью ставят венки с
лентами. Литаки – город, в котором
зародилась цивилизация.

Палилии –
праздник пастухов. Палес – покровитель
стад скота. Обряд очищения скота и людей.
Большой костер из соломы, трижды кричал
скот и трижды пастух. Затем торжества
и развлечения. Виналии
– посвящен сбору
урожая виноградника и вину. Пир на
пригорках и лужайках с закусками и
вином.

Флоралия
– в мае. Посвящен богине Флоре. Украшали
дома цветами, игры и цирковые представления.

Сатурналии
– один из главных праздников. В честь
бога посевов. Все равны в этот день, и
раб, и господин. Появились сатуры –
примитивные зрелища. В основе мимические
танцы. Сатура, в переводе – смесь
(пантомима, диалоги, пение, музыка и
танец). Появились ателланы – народный
фарс, здесь четыре персонажа. У каждого
свое лицо. Макк – дурак, обжора, его
били, влюбчивый, лысый. Пакк – быстрый,
скупой и глупый старик. Буккон – смышленый
парень с раздутыми щеками и отвисшими
губами, любил поесть и поболтать. Доссен
– горбун, невежа, шарлатан. Выступали
в масках, текста не было – импровизация.
Юмор, грубость, непристойность.

8.2.Народные праздники и представления в эпоху Петра 1.Роль их в переустройстве быта петра1.Официальные и народные праздники.

Высший свет и
простые люди тяготели больше к традиционным
праздникам, народным. Но петровские
реформы жестко определили обязательства,
новые манеры поведения, европейскую
одежду, этикет и проч. Новое поведение
было обязательным и на ассамблеях.
Основным занятием были танцы. Участникам,
в том числе и дамам, было не очень
комфортно на светском развлечении. Не
умели не только танцевать, но не знали,
как сесть и как встать. Танцы на ассамблеях
стали своеобразной «школой» бального
танца. Впоследствии, ассамблеи превратились
в знаменитые петербургские балы. Любимым
развлечением Петра, от которого нередко
страдали его приближенные, было также
и катание на лодках.

> Допетровская Россия
не знала светских официальных торжеств.
Начало им положил Петр I, устроив в Москве
в 1697 году первое «триумфование» по
случаю взятия Азова. К устройству
празднеств привлекались опытные
специалисты-техники, поэты писали
торжественные оды. Даже сама пышная
торжественность балов и ассамблей
зачастую служила объектом осмеяния.
Достаточно вспомнить создание
«Всешутейного собора», который А. М.
Горький считал своеобразной трансформацией
потех ярыжек, глумцов и скоморохов, т.
е. возрождением традиций русского
народного творчества.

Торжественно-веселым
было карнавальное шествие, устроенное
однажды Петром I на масленицу. Целый
день из села Всехсвятского к Кремлю
двигались военно-морские суда, поставленные
на сани. Сам царь, одетый флотским
капитаном, окруженный генералами и
офицерами, ехал на 88-пушечном большом
корабле, который везли 16 лошадей. За
кораблем «плыла» гондола, в которой
находилась царица в костюме пасторальной
крестьянки. Ее окружали дамы и кавалеры
в аравийских костюмах. За гондолой
царицы тянулась так называемая
«неугомонная обитель»— множество
маскарадных шутов в санях, сделанных
наподобие драконовой пасти. Шуты были
наряжены журавлями, лебедями, лисицами,
волками, медведями и огненными змеями.
На колеснице, запряженной «сиренами»,
восседал Нептун с трезубцем в руках.
Все это пело, играло на различных
инструментах, кувыркалось, кричало,
танцевало…У входа в Кремль — пушечный
салют и фейерверк
. С конца XVII века фейерверки получили
большое распространение, венчая праздники
и торжества. Петр I сам принимал деятельное
участие в их подготовке. По его распоряжению
для фейерверочных праздников стали
изготовлять специальные машины, строить
монументальные декорации. Известно,
что один из фейерверков, подготовленный
лично Петром I, продолжался в течение
трех часов.

Сохранилось подробное
описание фейерверочного действа,
состоявшегося в Петербурге 1 января
1712 года в честь русско-турецкого мира.
На Неве, был сооружен театр фейерверочного
представления — целый комплекс, состоящий
из триумфальных ворот, арок, транспарантов,
эмблем. Одни за другими возникали
огненные фигуры, рисунки, надписи,
прославляющие силу и могущество
государства Российского, его славную
столицу и могучий русский флот. А вечером
набережная Невы, площади и центральные
улицы вспыхнули тысячами огней
иллюминации. Праздник венчало фейерверочное
действо, где был представлен Нептун,
плывущий на колеснице, и торжественно
трубящая Победа. Один из фейерверков
вспыхнул на Неве. На больших плотах,
стоящих на реке, были заготовлены
фейерверочные декорации. Действие
состояло из трех аллегорических картин.
После них ночное небо озарили тысячи
ракет, шутих, огненных колес и др.
Интересно отметить, что пиротехники,
обслуживавшие действо, были одеты в
яркие маскарадные костюмы.

Видное место среди
преобразований Петра занимает Духовная
реформа Духовный регламент это
законодательный акт, определявший
функции, права и обязанности Синода,
его членов по управлению Русской
православной церковью. Он приравнивал
членов Синода к членам других
государственных учреждений. Церковь
лишилась самостоятельной политической
роли и превратилась в составную часть
бюрократического аппарата.

С. Шубинский в своем
описании летних петербургских праздников,
проводившихся в Летнем саду в период
царствования Петра, указывает, что
праздники были ни что иное как «странная
смесь натянутого немецкого этикета с
разгулом прежнего барства, часто
оскорбляющего не только чувства, но
просто приличия, но и человеческого
достоинства». Автор не рассматривал
праздники эпохи Петра как культурное
явление. Более того, он считал, что они
являлись концентрированным выражением
недостатков цивилизации того времени:
«…главнейшим условием тогдашних
праздников было пьянство, доведенное
до последней степени, следовательно,
со всеми последствиями, которые
сопровождают его у людей неразвитых,
приученных давать волю своим животным
инстинктам». Наряду с этими фактами
Шубинский сообщал и довольно ценные
сведения. В частности, о том, что
основаниями для проведения праздников
в Петербурге были случаи закладки
кораблей. В ходе этих торжеств государь
лично приветствовал каждого, кто подходил
к нему с поздравлениями, причем
приветствовал их «поцелуями в голову».

Начиная с Х века Новый
год на Руси отмечали 1 марта, когда
приступали к весенним сельскохозяйственным
работам, а через пять веков, в 1492 году,
в соответствии с новым церковным
установлением, начало года в России
перенесли на 1 сентября, на момент
окончания уборки, и отмечали так более
двухсот лет. Название месяцев тогда
были чисто славянскими, тесно связанными
с их климатическими характеристиками.
19 декабря 7208 года от соответствия мира
Петра 1 подписал указ о реформе календаря..
Менялись только эра и дата начала года.
Теперь оно «наступило» — по велению царя
— 1 января. Вместе с этой датой пришла и
новая эра — летосчисление «от Рождества
Христова». На следующий день глашатаи
объявили царский указ «О праздновании
Нового года»:

Указ также предписывал
отмечать это событие особенно торжественно:

«А в знак того доброго
начинания и нового столетнего века в
веселии друг друга поздравлять с Новым
Годом, чинить стрельбу из ружей, и пускать
ракеты, сколько у кого случится, и
зажигать огни . В канун первого по новому
летосчислению Нового года Петр I сам
зажег на Красной площади первую ракету,
дав этим сигнал к открытию праздника.
Новогоднее празднество продолжалось
тогда шесть дней и надолго запомнилось
москвичам. Город был освещен иллюминацией.
В память о таком важном событии, как
введение нового летосчисления в России,
бал разработан проект специальной
медали. Ритуалы празднования Нового
года — елка! С языческих времен люди
относились к деревьям, как к живым
существам, и наделяли их способностью
творить добро или зло. Немцы, например,
считали, что в вечнозеленых ветвях ели
обитает добрый «дух лесов» — защитник
правды славяне полагали, что в душистых
еловых ветвях зимуют добрые духи, и
несли им подношения, украшали пушистые
ветви подарками. Отсюда и пошел обычай
украшать новогоднюю ель.

После указа Петра 1 «О
праздновании Нового года» по европейскому
образцу ель становится символом
новогоднего праздника и на Руси. В
петровском указе писалось: «…По большим
и проезжим улицам знатным людям и у
домов нарочитых духовного и мирского
чина перед вороты учинить некоторые
украшения от древ и ветвей сосновых и
можжевеловых… а людям скудным дому,
хотя по деревцу ели ветке на вороты или
над храминою своего поставить».

В России первый балаган
был связан с именем Петра I. В 1700 Петр
приказал выстроить в Москве, в Китай-городе,
деревянную «комедийную хоромину»,
которая была открыта двумя годами позже
гастрольной труппой немецких комических
артистов. Это был первый публичный
театр, на представления которого могли
приходить все желающие. Начиная с этого
времени балаганы, прочно вошли в традицию
русских официальных праздников.

К праздничным гуляниям,
проходившим в специально выделенных
местах (в Москве — на Разгуляе, на
Неглинной и Москве-реке; в Санкт-Петербурге
— на Неве, Фонтанке, на Адмиралтейской
площади) возводились самые разные
строения: зимой — ледяные горки для
катания, летом — карусели и качели.
Среди них — собственно балаганы, которые,
в зависимости от общего количества,
известности владельца и т.п., располагались
в одну, две или три линии. На первой
выстраивались большие богатые «театры»,
на второй и третьей — балаганы поменьше
и победнее. Они стоились из досок, крыши
делались из грубого холста (рядна) или
мешковины по принципу шапито. Размеры
и внутренне устройство балагана
различались в зависимости от достатка
его владельца и конкретного предназначения.

Карнавалы и маскарады.
Карнавалы и
карнавальные маски под Новый год
появились в России после 1721 года, когда
впервые был устроен пышный маскарад по
случаю заключения мира со шведами.
Впоследствии эту форму празднования
перенесли на новогодние торжества.
Театральная энциклопедия определяет
маскарад следующим образом — празднество,
бал, вид массового народного гуляния с
уличными шествиями, театрализованными
играми, участники которого надевают
маски и особые костюмы. Маскарады,
главным образом, проходят под открытым
небом. Карнавальные маска и костюм —
не просто сокрытие лица личиной, «харей»,
«рожей». Их цель заключалась не столько
в том, чтобы обмануть зрителя, сделать
неузнаваемым, а в том, чтобы нести
определенную информацию, порой через
миф, легенду и утопию прошлого
иносказательно раскрывать смысл бытия,
жизни и смерти, свободы и бессмертия
духа. Карнавальный костюм и маска
помогали приобрести свободу действия,
стать непосредственным и неузнаваемым,
являться инкогнито в межличностном и
где-то и безличностном общении. В маске
можно было вести себя вольно и даже
вызывающе, забыв светские условности.
Маска характеризовала святейшее право
участника маскарада быть неузнаваемым.
Некоторые пользовались этим и на
маскарадах сводили счеты со своими
недругами.

Скоморошество одно
из звеньев отечественного
карнавально-праздничной культуры с ее
богатыми традициями, историческим
опытом использования в сельских
местностях и в городах в дни празднеств
смешанного языческо-церковного календаря:
святочных и масленичных гуляний, майского
праздника весны, праздника Ярилы на
Троицу, июньского — Ивана Купалы. Все
эти праздники с песенно-плясовыми и
игровыми шествиями усвоили от скоморошьих
забав слово и звук, танец и краску,
диковинный костюм и маскуряжение,
элементы бутафории и реквизита, двор
из свежесрубленных деревьев и ветвей,
цветочных гирлянд, цветного тряпья и
рогожи, смешных и страшных чучел, кукол,
фигур. К концу ХУII столетия скоморошество
как мощное явление народно-праздничной
и фольклорной культуры исчерпало себя.
Однако проникновение в городскую среду
европейского карнавала позволило в
значительной мере возродить и отдельные
формы языческой культуры. Маскарад для
простых людей был приобщением к искусству
и литературе. До Петра Великого в высшем
слое русского общества не существовало
почти никаких веселий. Маскарады
проходили в форме уличных шествий. В
этот период времени сословные различия,
хотя и имели место — были не очень ярко
выражены. До него переодевание в основном
было прерогативой святочных и масленичных
обрядов, и культивировались в народной
среде на уровне массовой культуры. В
светской же культуре допетровской эпохи
ни о каком переодевании в чужой костюм
не могло быть и речи,

Реформы Петра 1 затронули
не только государственную, социальную
и политическую структуру, но коренным
образом изменили и сферу быта. Одевшись
в голландское платье, юный Царь Петр
Алексеевич открыл занавес первого и
наверно самого радикального маскарада,
когда бы, то ни было происходившего на
Руси. Реформы Петра для массового
русского человека явились в образе
страшного маскарада. Петр 1 не просто
ввел в России европейский костюм, а одел
ее в “чужой” костюм, посягнув при этом
не только на одежду, но и на само лицо
своих подданных, заставив их обрить
бороды. Не случайно русские
философы-славянофилы обвиняли Петра 1
в том, что он разделил народ, одев
дворянство в европейскую одежду.
Дворянство тем самым не просто отделилось
от крестьянства, но и стало восприниматься
своим же народом, как “иностранцы”,
одетые в чужое “немецкое” платье. Сам
Петр и царица всегда одевались либо в
крестьянские, либо в солдатские костюмы.

Осознавая глубину
воздействия на массовое сознание
театральных представлений, Петр 1 начал
использовать элементы переодевания в
своей борьбе за реформы. Так возникла
и начала развиваться в России традиция
маскарадов, в которых на первый план
выступали аллегорические сюжеты,
выраженные набором сцен и жестов. Такие
маскарады были тщательно продуманы
отрежиссированы и ставились как серьезные
театральные представления. Рисовались
и строились декорации, шились специальные
костюмы, актеры разучивали роли, а
зрители смотрели на этот спектакль из
окон с балконов и крыш домов. Главной
их формой, были маскарадные процессии,
число участников которых нередко
доходило до тысячи человек. Участники
процессий распределялись по группам,
в каждой из которых была своя центральная
фигура — Бахус, Нептун, Сатир или другие
римские боги. Для Петра важно было
вырвать у Церкви ее авторитет и понимая
пародийную и комическую сущность маски
включал в эти процессии и аллегорические
фигуры, одетые в маски, высмеивающие
церковных иерархов, Так в 1715 году был
устроен грандиозный пародийный свадебный
маскарад, на котором венчали князя-папу.
Все комические фигуры этого шествия
были снабжены музыкальными инструментами,
гудками, барабанами и трещотками.
Пародийные “молодые только по роли, а
не по возрасту” обвенчанные 90-летним
священником отправились с шутовской
музыкой под колокольный звон через всю
Москву. Молодым было устроено брачное
ложе в большой бутафорской деревянной
пирамиде, внутри освещенной свечами.
Ложе было убрано хмелем, а по сторонам
его стояли бочки с вином, пивом и водкой.
После этого, почти целый месяц устраивались
церемониальные прогулки, пиршества,
угощения для народа. Пародийный образ
князя-папы нужен был Петру для борьбы
с церковной оппозицией в лице Патриарха
Никона, который выступал против
нововведений. Петр 1, придумав этот
образ, не раз лично принимал участие в
написании сценария к очередному
маскарадному шествию.

Наиболее известные
маскарады.

В 28-31 января 1722 года в
Москве Петр 1 устроил еще более внушительное
карнавальное шествие. По улицам от
подмосковного села Всехсвятское до
Тверских ворот проехал поезд, состоящий
из шестидесяти саней и конных повозок,
декорированных под парусники, галеры,
турецкие фелюги. На них в разнообразных
маскарадных костюмах находились
приближенные царя — сенаторы и придворные,
офицеры и иностранные гости. Шествие
объехало город, дважды — Кремль и Красную
площадь, превращая улицы и площади в
веселое и шумное зрелище, дозволенное
лицезрению простого люда, который мог
активно выражать свое отношение к
происходящему. Карнавал славил морские
победы России, смеялся над врагом.
Декоративный наряд праздника был
причудлив и разнообразен. Прежде всего,
в него органично вписалось убранство
«веселого поезда». Тут находились и
веселый Бахус на бочке, и «Нептун-морской»,
восседающий в санях, декорированных
под гигантскую раковину и украшенных
морскими конями, и трубачи с литаврами
и барабанами. Все смешалось в радостном
действе. Веселыми шутками друг с другом
и с толпами зрителей перебрасывались
победоносная Фортуна, испанки в гондолах,
боярышни в расписных санях, голландские
матросы и купцы, маски-домино и «страшные
турки-янычары», обитатели «Беспокойного
монастыря».

Петровские праздничные
нововведения не содержали подлинной
демократии, Петр 1 никогда не выдавал
себя за «народного царя» и не забывал
подчеркнуть различие между «благородным»
и «подлым» сословиями. Но карнавальный
смех сближал всех, иллюзорно уравнивал,
на период празднества сглаживал конфликты
и противоречия и гласно, громко утверждал
успехи политико-экономических и
культурных преобразований, демонстрировал
торжество правящего класса, поднимающихся
буржуазии и купечества, прославлял
абсолютинскую власть.

Эти же цели преследовал
и карнавал в Петербурге 30 августа 1723 г.
в честь победы России над Швецией.
Костюмы, регламентированные и утвержденные
самим императором. Именно по его указанию
ундер-маршал «машкерада» был наряжен
кавалером ордена святого Георгия, за
которым шествовали тридцать певчих в
однорядках и «халдейских одеяниях» за
ним выступал маршал маскарада, облаченный
в рясу аббата и руководивший следующей
группой — заморских купцов и бургомистров,
«швейцарцев», рудокопов, барабанщиков.
Право участвовать непосредственно в
самом действе имели только избранные:
«важные и приближенные персоны», горожане
же были зрителями. Известно, что в
зрелище, длившемся восемь дней, сам Петр
не только участвовал, но и активно
включился в работу по составлению
церемониала и сценария карнавала.

Праздники во времена
Петра 1.

Традиционные праздники

В году пять основных
древнеславянских языческих праздников
— Корочун (начало года, зимний солнцеворот
24 декабря), Комоедицы, или Масленица
(весеннее равноденствие 24 марта), Купала
(летний солнцеворот 24 июня), Перунов
день (2 июля) и Кузьминки (праздник урожая,
праздник Рода, рожениц, осеннего
равноденствия 24 сентября). Подавляющее
большинство древнеславянских языческих
празднеств и молений проводилось
общественно, являлось “событием”,
совместным заклинанием природы и
проводилось не в доме или поселке, а за
пределами житейского бытового круга.
Характер многих языческих празднеств
был настолько повсеместным, связанным
со всей природой вокруг села (леса, рощи,
родники, реки, болота, холмы и горы) что
отыскать места древних хороводов,
купальских костров, жертвоприношении
воде, различных «игрищ», почти невозможно.
Исключением являются только священнодействия
на холмах, на горах, “красных горках”,
которые очень часто при археологических
обследованиях дают интересный материал
о древних языческих культах. “Красные
горки”, “красные холмы”, где проводились
масленичные сжигания чучел зимы, обряд
заклинания весны, встреча Лады и Лели,
катанье яиц на фоминой неделе (которая
и называлась “красной горкой”) были
около каждого села. В равнинных местах,
где не было заметных возвышенностей,
крестьяне отмечали на лугах первые
весенние проталины, где раньше всего
начинал таять снег, и там проводили
обряд встречи весны.

На Руси календарь
назывался месяцесловом. Месяцеслов
охватывал весь год крестьянской жизни
по дням месяц за месяцем, где каждому
дню соответствовали свои праздники или
будни, обычаи и суеверия, традиции и
обряды, природные приметы и явления.

Народный календарь
был календарем земледельческим, что
отразилось в названиях месяцев, народных
приметах, обрядах и обычаях, даже
определение сроков и продолжительности
времен года связано с реальными
климатическими условиями. Отсюда
несовпадение названий месяцев в разных
областях. Например, листопадом может
называться как октябрь, так и ноябрь.
Народный календарь является своего
рода энциклопедией крестьянского быта
с его праздниками и буднями. Он включает
в себя знание природы, сельскохозяйственный
опыт, обряды, нормы общественной жизни,
Народный календарь является слиянием
языческого и христианского начал,
народным православием. С утверждением
христианства языческие праздники
запрещались, получали новое истолкование
или перемещались со своего времени.
Кроме закреплённых за определёнными
датами в календаре, появились передвижные
праздники пасхального цикла.

Обряды, приуроченные
к крупным праздникам, включали большое
количество разных произведений народного
искусства: песни, приговоры, хороводы,
игры, танцы, драматические сценки, маски,
народные костюмы, своеобразный реквизит.

МАСЛЕНИЦА

Значительная часть
обычаев на масленицу была связана с
темой семейно-брачных отношений: на
масленицу чествовали молодоженов,
поженившихся в течение прошедшего года.
Молодым устраивали своеобразные смотрины
в селе: ставили их к столбам ворот и
заставляли целоваться у всех на глазах,
“зарывали” в снег или осыпали снегом
масленицу. Подвергали их и другим
испытаниям: когда молодые ехали в санях
по селу, их останавливали и забрасывали
старыми лаптями или соломой, а иногда
устраивали им “целовник” или — когда
односельчане могли прийти в дом к молодым
и поцеловать молодую. Молодоженов катали
по селу, но если за это получали плохое
угощение, могли прокатить молодоженов
не в санях, а на бороне. Масленичная
неделя проходила также во взаимных
визитах двух недавно породнившихся
семейств. Эта тема нашла отражение и в
специфических масленичных обычаях,
посвященных наказанию парней и девушек,
не вступивших в брак в течение прошедшего
года (фактически не выполнивших своего
жизненного предназначения). для того,
чтобы лен и конопля выросли “ДОЛГИМИ”
(ВЫСОКИМИ), в России женщины катались с
гор, стараясь съехать как можно дальше,
а также дрались, громко пели и т.п. Кое-где
на Украине и в Белоруссии женщины
веселились и гуляли в масленичный
четверг (называемый Власием и Волосием),
полагая, что от этого скот в хозяйстве
будет лучше вестись.

Здесь необходимо
отметить, что понятие “Чучело Масленицы”
имеет несколько ошибочный характер,
поскольку в действительности
изготавливалось чучело Зимы, его катали,
его провожали и сжигали, но, поскольку
это действо происходило на Масленицу
(то есть праздник), то очень часто чучело
ошибочно называют Масленицей, хотя это
неверно. Там же, где не делали чучела,
обряд проводов масленицы состоял,
главным образом, в возжиганим общесельских
костров на возвышенности за селом или
у реки. В костры помимо дров бросали,
всякое старье — лапти, бороны, кошели,
веники, бочки и другие ненужные вещи,
предварительно собранные детьми по
всей деревне, а иногда и специально для
этого украденные. Иногда сжигали в
костре колесо, символ солнца, связываемый
с приближающейся весной; его чаще
надевали на жердь, воткнутую посреди
костра. В центральных областях России
“проводы масленицы” сопровождались
удалением за пределы культурного
пространства скоромной пищи, символизирующей
масленицу. Поэтому в кострах действительно
иногда сжигали остатки блинов, масла,
лили туда молоко, однако чаще просто
говорили детям, что в костре сгорели
все скоромньие блюда (“молоко сгорело,
в Ростов улетело”). Некоторые обычаи
были адресованы детям и должны были
устрашить их и принудить к послушанию:
на Нижегородчине в последнее воскресенье
масленичной недели в центре села
устанавливали шест, на который влезал
мужик с веником и, делая вид, что бьет
кого-то, кричал: “Не проси молока, блинов,
яичницы”.

— Чистый понедельник,
который считали днем очищения от греха
и скоромной пищи. Мужчины обычно
“полоскали зубы”, т.е. в изобилии пили
водку, якобы для того, чтобы выполоскать
изо рта остатки скоромного; в некоторых
местах для “вытряхивания блинов”
устраивали кулачные бои и т.п. В Чистый
понедельник обязательно мылись в бане,
а женщины мыли посуду и “парили”
молочную утварь, очищая от жира и остатков
скоромного.

Масленица являлась
любимым праздником Петра. Рассмотрим
подробнее её особенности.

Понедельник –
встреча. В этот день из соломы делали
чучело, надевали на него старую женскую
одежду, насаживали это чучело на шест
и с пением возили на санях по деревне.
Затем Масленицу ставили на снежной
горе, где начиналось катание на санях.
Песни, которые поют в день встречи, очень
жизнерадостны.:

Вторник
– заигрыш. С этого дня начинались разного
рода развлечения: катания на санях,
народные гулянья, представления. В
больших деревянных балаганах (помещения
для народных театральных зрелищ с
клоунадой и комическими сценами) давали
представления во главе с Петрушкой и
масленичным дедом. На улицах попадались
большие группы ряженых, в масках,
разъезжавших по знакомым домам, где
экспромтом устраивались веселые домашние
концерты. Большими компаниями катались
по городу, на тройках и на простых
розвальнях. Было в почете и другое
нехитрое развлечение — катание с
обледенелых гор.

Среда
– лакомка. Она открывала угощение во
всех домах блинами и другими яствами.
В каждой семье накрывали столы с вкусной
едой, пекли блины, в деревнях вскладчину
варили пиво. Повсюду появлялись театры,
торговые палатки. В них ‚ продавались
горячие сбитни (напитки из воды, меда и
пряностей), каленые орехи, медовые
пряники. Здесь же, прямо под открытым
небом, из кипящего самовара можно было
выпить чаю.

Четверг —
разгул (перелом, широкий четверг). На
этот день приходилась середина игр и
веселья. Возможно, именно тогда проходили
и жаркие масленичные кулачные бои,
кулачки, ведущие свое начало из Древней
Руси. Были в них и свои строгие правила.
Нельзя было, например, бить лежачего
(помните пословицу “лежачего не бьют”),
вдвоем нападать на одного (двое дерутся
— третий не лезь), бить ниже пояса
(поговорка есть: удар ниже пояса) или
бить по затылку. За нарушение этих правил
грозило наказание. Биться можно было
“стенка на стенку” (опять поговорка)
или “один на один” (как у французов
тет-а-тет — “С глазу на глаз”). Велись и
“охотницкие” бои для знатоков, любителей
таких поединков. С удовольствием наблюдал
такие бои и сам Иван Грозный. Для такого
случая это увеселение готовилось
особенно пышно и торжественно.

Пятница
— тещины вечера. Целый ряд масленичных
обычаев был направлен на то, чтобы
ускорить свадьбы, содействовать молодежи
в нахождении себе пары. А уж, сколько
внимания и почестей оказывалось на
масленице молодоженам! Традиция требует,
чтобы они нарядные выезжали “на люди”
в расписных санях, наносили визиты всем,
кто гулял у них на свадьбе, чтобы
торжественно под песни скатывались с
ледяной горы (и в этом тоже был тайный
смысл). Однако, самым главным событием,
связанным с молодоженами и справляемым
по всей Руси, было посещение тещи зятьями,
для которых она пекла блины и устраивала
настоящий пир (если, конечно, зять был
ей по душе). В некоторых местах “тещины
блины” происходили на лакомки, т. е. в
среду на масленичной неделе, но могли
приурочиваться к пятнице. Если в среду
зятья гостили у своих тещ, то в пятницу
зятья устраивали “тещины вечерки” —
приглашали на блины. Являлся обычно и
бывший дружка, который играл ту же роль,
что и на свадьбе, и получал за свои
хлопоты подарок. Теща обязана была
прислать с вечера все необходимое для
печения блинов: сковороду, половник и
пр., а тесть посылал мешок гречневой
крупы и коровье масло. Неуважение зятя
к этому событию считалось бесчестием
и обидой, и было поводом к вечной вражде
между ним и тещей.

Суббота —
золовкины посиделки. Начнем с того, что
“золовка” — это сестра мужа. Откуда
пошло такое название? Может, от слова
зло? Ведь она всегда подмечала в жене
своего брата слишком много отрицательных
черт, а порой и не скрывала своей неприязни
к ней? Что ж, случалось и такое… (но не
всегда). Итак, в этот субботний день
молодые невестки принимали у себя родных
(жены сыновей для матери их мужей были
невестками), т.е. пришедшими не отсюда,
с их деревни, например, а невесть откуда,
— так было принято кое-где раньше: “Не
брать в жены своих, местных”.

Воскресенье —
проводы, целовальник, прощеный день. В
книге М. Забылина “Русский народ”
рассказывается, как еще в начале ХУII
века иностранец Маржерет наблюдал
следующую картину: если в течение года
русские чем-то оскорбили друг друга,
то, встретившись в “прощеное воскресенье”,
они непременно приветствовали друг
друга поцелуем, и один из них говорил:
“Прости меня, пожалуй”. Второй же
отвечал: “Бог тебя простит”. Обида была
забыта. С той же целью в прощеное
воскресенье ходили на кладбище, оставляли
на могилах блины, молились и поклонялись
праху родных.

Масленица называлась
еще и Сырной седмицей и была последней
неделей перед Великим постом. Прощание
с МАСЛЕННЦЕЙ завершалось в первый день
Великого поста

ПАСХА ХРИСТИАНСКАЯ.

Пасха отмечает
воскрешение Иисуса Христа. Это самый
важный праздник в христианском календаре.

Пасхальное воскресенье
не приходится на одно и то же число
каждый год, но бывает всегда между 22
марта и 25 апреля. Оно приходится на
первое воскресенье после первого
полнолуния, следующего за 21 марта — днем
весеннего равноденствия. Дата пасхального
воскресенья была утверждена церковным
собором в Никее в 325 году н.э. Название
“Пасха” является прямым перенесением
названия иудейского праздника,
отмечавшегося ежегодно в течение недели,
начиная с 14-го дня весеннего месяца
ниссана.

Смерть и воскресение
Христа совпали с праздником Пасхи, а
сам Он уподобился невинному ягненку,
закалываемому по обычаю перед началом
этого праздника. Христиане чтили
воскресный день как день Воскресения
Христова. Расчет времени празднования
Пасхи осуществляется в настоящее время
в большинстве христианских конфессий
по лунно-солнечному календарю. Всякий
священный обряд только тогда может
принести нам пользу, когда мы будем
понимать его смысл и духовную важность.
Когда в православную церковь пришел
обычай приветствовать друг друга словами
“Христос воскресе”, дарить на Пасху
крашеные яйца и украшать стол куличами
и творожными пасхами? Есть церковное
предание, что по вознесении Христа
святая Мария Магдалина, путешествуя по
разным странам с проповедью о воскресшем
Спасителе, была в Риме. Здесь она предстала
императору Тиберию и, поднеся ему красное
яйцо, сказала: “Христос воскресе”, и
таким образом начала свою проповедь о
воскресшем Христе. Первые христиане,
узнав о таком простом, сердечном
приношении равноапостольной жены,
начали подражать ему, при воспоминании
Воскресения Христова стали друг другу
дарить красные яйца. Люди при великой
неожиданной радости бывают, готовы
передавать ее каждому знакомому. Так и
христиане от избытка пасхальной радости
взаимно обмениваются при встрече
поцелуями, выражая братскую любовь
словами:

“Христос воскресе! —
“Воистину воскресе! Кстати, обычай
христосования и одаривания яйцами —
отличительная особенность Руси. Ничего
подобного в других странах нет.

Русская Пасха
характеризуется еще целым рядом традиций.
Как, например, украшение столов освященными
творожными пасхами и куличами. Творожная
пасха делается в виде усеченной пирамиды
— символ Гроба Господня, На боковых ее
сторонах изображаются орудия страдания
Христа: крест, копье, трость, а также
символы воскресения: цветы, проросшие
зерна, ростки, буквы “Х.В.”. Но самым
главным кулинарным шедевром стола
всегда был освященный в храме кулич.

РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО

Рождество Христово —
это не только светлый праздник православия.
Рождество — праздник возвращенный,
возрождающийся. Традиции этого праздника,
исполненного подлинной человечности
и доброты, высоких нравственных идеалов,
в наши дни открываются и осмысливаются
вновь.

Канун Рождества получил
название “сочельник”, или “сочевник”,
и слово это происходит от ритуальной
пищи, вкушаемой в этот день, — сочива
(или полива). Сочиво — каша из красной
пшеницы или ячменя, ржи, гречихи, гороха,
чечевицы, смешанная с медом и с миндальным
и маковым соком, то есть это кутья —
ритуальное поминальное блюдо. Ритуальным
было и число блюд — 12 (по числу апостолов).
Стол готовился обильный: блины, рыбные
блюда, заливное, студень из свиных и
говяжьих ножек, молочный поросенок с
начинкой из каши, свиная голова с хреном,
свиная колбаса домашняя, жаркое, медовые
пряники и, конечно, жареный гусь. Пищу
в сочельник нельзя было принимать до
первой звезды, в память о Вифлеемской
звезде, возвестившей волхвам и Рождестве
Спасителя. А с наступлением сумерек,
когда загоралась первая звезда, садились
за стол и делились облатками, желая,
друг другу всего доброго и светлого.
Рождество — праздник, когда вся семья
вместе собирается за общим столом.
СВЯТКИ Двенадцать дней после праздника
Рождества Христова называют святками,
то есть святыми днями, так как эти
двенадцать дней освящены великими
событиями Рождества Христова. В первые
три века христианства, когда гонения
мешали свободе христианского Богослужения,
в некоторых восточных Церквах праздник
Рождества Христова соединялся с
праздником Крещения под общим названием
Богоявления. Памятником древнего
соединения Рождества Христова и Святого
Богоявления является совершенное
сходство в отправлении этих праздников,
дошедшее и до наших времен. Когда же эти
праздники были разделены, то празднование
распространилось на все дни, промежуточные
от 25 декабря до 6 января, и эти дни как
бы составили один день праздника. В
народе эти дни называют святыми вечерами,
потому что по древнему обычаю православные
христиане прекращают свои дневные дела
вечером, в воспоминание событий Рождества
и Крещения Спасителя, бывших в ночное
или вечернее время. Между тем святость
этих дней и вечеров сейчас нарушается
призывами к обычаям языческих празднеств.
С экранов телевизоров, по радио, из
газет, нам внушают, что на Руси в дни
святок были приняты гадания, игрища с
переодеванием, народные гуляния. Церковь,
заботясь о нашей чистоте, всегда запрещала
эти суеверия. Святочные
гадания Тематика
гаданий варьировалась от вопросов
жизни, смерти и здоровья до приплода
скота и медоносности пчел, однако
основная часть гаданий была посвящена
вопросам брака — девушки старались
узнать наиболее подробную информацию
о своем суженном.. Но все же центральным
моментом святочных торжеств была
общесемейная трапеза. Готовилось
нечетное число блюд, основным из которых
была кутья — вид круто сваренной каши
из ячменной или пшеничной крупы (а иногда
готовившейся из смеси разного вида
зерна), готовили также блины и овсяный
кисель. На столе ставили дополнительные
приборы по число членов семьи умерших
в прошедшем году. По домам в вечернее
время и по ночам ходили ряженные —
колядующие, специально, для того чтобы
получить от хозяев обрядовую пищу и
высказать им благожелания в наступающем
году, достаток семьи в будущем году,
считалось, на прямую зависел от степени
одарения колядующих. РОЖДЕСТВЕНСКИЙ
ПОСТ 15 (28) ноября
-24 декабря (6 января), включительно

Установление
Рождественского поста, как и других
многодневных постов, относится к древним
временам христианства. Первоначально
Рождественский пост длился у одних
христиан семь дней, у других — несколько
больше. было положено хранить пост пред
великим праздником Рождества Христова
сорок дней. Рождественский пост —
последний многодневный пост в году. Он
начинается 28 ноября и продолжается до
7 января, длится сорок дней и потому
именуется в Церковном уставе
Четыредесятницей, так же, как и Великий
пост. Так как заговенье на пост приходится
в день памяти св. апостола Филиппа (14
ноября старого стиля), то этот пост
называют Филипповым. Рождественский
пост — зимний пост, он служит для нас к
освящению последней части года
таинственным обновлением духовного
единения с Богом и приготовлением к
празднованию Рождества Христова.
Рождественский пост установлен для
того, чтобы мы ко дню Рождества Христова
очистили себя покаянием, молитвою и
постом, чтобы с чистым сердцем, душой и
телом могли благоговейно встретить
явившегося в мир Сына Божья и чтобы,
кроме обычных даров и жертв, принести
Ему наше чистое сердце и желание следовать
Его учению.

АГРАФЕНА КУПАЛЬШЩА ДА
ИВАН КУПАЛА Летнее солнцестояние — один
из заметных, поворотных моментов года.
Издревле все народы Земли отмечали в
конце июня праздник вершины лета. У нас
таковым праздником является Иван Купала.
У наших древних предков существовало
божество Купало, олицетворяющее летнее
плодородие. В его честь вечерами и
распевали песни, и прыгали через костер.
Это обрядовое действие превратилось в
ежегодное празднование летнего
солнцестояния, смешивая в себе языческую
и христианскую традицию. Иваном божество
Купало стало называться после крещения
Руси, когда его заместил ни кто иной,
как Иоанн Креститель (точнее — его
народный образ), чье рождество праздновалось
24 июня. Аграфена Купальница, идущий за
ней Иван Купала, один из самых почитаемых,
самых важных, самых разгульных праздников
в году, а также идущие еще через несколько
дней “Петр и Павел” сливались в один
большой праздник, наполненный для
русского человека огромным смыслом и
потому включающий множество обрядовых
действий, правил и запретов, песен,
приговоров, всевозможных примет, гаданий,
легенд, поверий. По самой ходовой версии
“Купальницей” св. Аграфену называют
потому, что день ее памяти падает на
канун Ивана Купалы — но многие связанные
с этим днем обряды и обычаи заставляют
предположить, что св. Аграфена получила
свой эпитет безо всякого отношения к
Купале. На Аграфену обязательно мылись
и парились в банях. Обыкновенно именно
в день Аграфены Купальницы заготавливали
веники на весь год. В ночь с Аграфены на
Иванов день существовал обычай: мужики
посылали жен “выкатывать ржи” (то есть
помять рожь, валяясь по полосе), что
должно было принести урожай немалый.
Самым главным событием дня Аграфены
Купальницы был сбор трав для лечебных
и знахарских целей. “Лихие мужики и
бабы в глухую полночь снимают с себя
рубахи и до утренней зари роют коренья
или ищут в заветных местах клады” —
написано в одной из книг начала ХIХ века.
Считалось, что в эту ночь деревья
переходят с места на место и разговаривают
друг с другом шелестом листьев; беседуют
животные и даже травы, которые этой
ночью наполняются особой, чудодейственной
силой. До восхода солнца рвали цветы
Иван-да-марья. Если их вложить в углы
избы, то нор не подойдёт к дому: брат с
сестрой (жёлтый и фиолетовый цвета
растения) будут говорить, а нору будет
казаться, будто разговаривают хозяин
с хозяйкой. Во многих местах вязать
веники было принято не на Аграфену, а в
Иванов день. После бани девушки закидывали
веник через себя в реку: если потонет,
то на этот год помрёшь Гадали и так:
собирали 12 трав (чертополох и папоротник
обязательно!), на ночь клали под подушку,
чтоб приснился суженый: “Суженый-ряженый,
приходи в мой сад гулять!” Можно было
набрать цветов в полночь и положить под
подушку; утром следовало проверить,
набралось ли двенадцать разных трав.
Если набралось — в этом году замуж
выйдешь. Множество купальских поверий
связано и с водою. Ранним утром бабы
“черпают росу”; для этого берётся
чистая скатерть и ковш, с которым и
отправляются на луг. Здесь скатерть
таскают по мокрой траве, а потом выжимают
в ковш и этой росой умывают лицо и руки,
чтобы прогнать всякую болезнь и чтобы
лицо было чисто. Роса купальская служит
и для чистоты в доме: ею кропят кровати
и стены дома, чтобы не водились клопы и
тараканы, и чтобы нечисть “в дом не
глумилася”. Поутру в Иванов день купаться
— обычай всенародный, и только в некоторых
областях крестьяне считали такое купание
опасным, так как в Иванов день считается
именинником сам водяной, который терпеть
не может, когда в его царство лезут люди,
и мстит им тем, что топит всякого
неосторожного. Кое-где считается, что
только после Иванова дня добропорядочные
христиане могут купаться в реках, озерах
и прудах, так как Иван освящает их и
усмиряет различную водяную нечисть. К
слову, связано много поверий и с нечистой,
ведьминой силой. Считалось, что на Ивана
Купалу ведьмы тоже справляют свой
праздник, стараясь как можно больше
причинить зла людям. У ведьм якобы
хранится вода, вскипяченная с пеплом
купальского костра. И обрызгав себя
этой водою, ведьма может лететь, куда
ей вздумается… Один из довольно
распространённых купальских обрядов
— обливание водой всякого встречного и
поперечного. Так, в Орловской губернии
деревенские парни одевались в старое
и грязное и отправлялись с вёдрами на
речку, чтобы наполнить их самою мутною
водою, а то и просто жидкой грязью, и шли
по деревне, обливая всех и каждого, делая
исключение разве что для стариков и
малолеток. (Кое-где в тех краях, говорят,
этот милый обычай сохранился и поныне.)
Но всего более, разумеется, доставалось
девушкам: парни врывались даже в дома,
вытаскивали девушек на улицу силой и
здесь окатывали с ног до головы, В свою
очередь и девушки старались отомстить
парням. Невозможно представить купальскую
ночь без очищающих костров. Вокруг них
плясали, через них прыгали: кто удачнее
и выше тот будет счастливее: “Огонь
очищает от всякия скверны плоти и
духа!..” Считается также, что огонь
укрепляет чувства — а потому прыгали и
парами. В некоторых местах через
купальский огонь прогоняли домашнюю
скотину для защиты её от мора. В купальских
кострах матери сжигали снятые с хворых
детей сорочки, чтобы вместе с этим бельём
сгорели и самые болезни. Молодёжь,
подростки, напрыгавшись через костры,
устраивали шумные весёлые игры, потасовки,
бег наперегонки. Непременно играли в
горелки.

9.1.Праздники в Афинах
в честь Диониса.»Великий Дионисий»-массовые
народные праздники песен, танцев
драматического искусства.
)

Возникли на основе
мифических сказаний. Богов представляли
в виде людей и очень боялись их разгневать.
Один из главных богов – Дионис – бог
виноделия.

До нас дошли 4 основных
праздника:

1) Комос
(малая дионисия) – отмечался в декабре
или январе, приурочен к первой пробе
молодого вина. Здесь впервые в истории
появляются ряженные. Они несли к алтарю
Диониса молодое вино, виноград и все из
чего делают вино, пели песни. Второе имя
Диониса – Дифирамб (дважды рожденный,
новорожденный). Ряженые были одеты в
козлиные шкуры, надевали маски и
воспроизводили истории из жизни божества.

2) Линнеи
– праздновали
в январе или феврале несколько дней.
Похож на малый Дионис, но пышнее. Здесь
впервые театральные состязания. Огромная
процессия, впереди колесница-Корабль
( сооружение со статуей Диониса),
называлась Каррус Навалис. Отсюда
название – карнавал. Вся процессия
двигалась в Афины. Прибытие Диониса в
Афины. Изображение таких колесниц можно
найти на вазах эпохи Древней Греции.

3)
Амфестерий –
февраль или март, 3 дня. Связан с
наступлением весны.1день – посвящен
детям. Открывали большой рынок детских
товаров, учителя приглашали детей к
себе домой, делали им вознаграждения.
Дети получали подарки. Вечером дети
пели, танцевали и водили хороводы. 2день
– ряженые в мифологических героев люди
ходили по Афинах в разные дома к своим
друзьям с танцами и песнями, проводили
конкурсы и пили вино. Напоминает наши
колядки. В этот же день особая церемония
– жена Орхонта ( главного в городе, типа
мэр) Басилисса( царица) в сопровождении
четырех красавиц, которых выбирал Орхонт
и брал с них клятву о неразглашении, в
ночное время сочеталась браком с
Дионисом. Все происходило в храме и
смысл этой церемонии неизвестен. 3день
– посвящен памяти мертвых. «День
горшков». Каждый грек варил в горшках
овощи, не пробуя, и относил на кладбище
своим родным и близким. Это считалось
пищей подземного царства мертвых.
Считалось, что души усопших летают над
своими могилами и поэтому могилы
украшались. Пить и гулять на кладбищах
нельзя. Здесь мы можем заметить первое
упоминание об обрядовой пище.

Великий Дионисий
– проходил 5дней в марте.

1день – статую Диониса
переносили из святилища в рощу. У статуи
выступали хоры мальчиков до 18 лет, пели
дифирамбы в честь Дионисия. Ночью толпы
ряженых пели и веселились. В этот день
никого не арестовывали, заключенных
отпускали на поруки, не взыскивали
долги. 2 и 3дни – состязания хоров. От 18
до 30 лет участники окружали статую и
пели. Руководителем был Хорез (Хорег) –
очень богатый человек, который и содержал
весь свой хор. Тот Хорег, чей хор победил,
мог установить на аллее треножник со
своим именем. 4 и 5дни – театральные
состязания. Впервые в истории строился
театр Дионисия. Тысячи зрительских
мест. Вход в театр доступен всем, бедным
государство выдавало субсидию «феорекон»,
можно купить билет в театр (медная бляха
с секретом). Поэдрия – первые ряды для
випперсон. Все приносили с собой подушечки
для сидения, т. к. спектакли шли очень
долго. Перед началом ряд церемоний: рабы
выносят дары союзных городов, (трубы)
глашатые приглашают сыновей героев,
павших за Афины. До 18 лет эти сыны на
иждивении государства, кому уже – те
получали доспехи к вооружению.(трубы)
Орхонт венчает золотыми венками почетных
граждан за боевые подвиги и хорошие
дела. Затем пауза на арене. Зрителям
рабы выносят вино и пирожки. Затем
церемония очищения – выходит жрец,
приносят в жертву поросенка, всех
поливают этой кровью, кусочки порося
рабы разносят народу и те их с радостью
съедают. После оглашался порядок
выступлений. На арену выходил хор и
вставал квадратом. Выходили актеры, те,
кто играл главные роли, назывались
Корифеями. Затем сами театральные
постановки. Великий Дионисий – первый
народный праздник на земле.