Праздники после смерти мужа

Бывает так, что близкие люди умирают накануне или в разгар праздников, ведь беды случаются не по календарю. Тогда веселье и новогодняя кутерьма становятся невыносимыми для горюющего человека. В радостном фейерверке праздника он с трудом может найти место для себя и своего горя.

Мы собрали несколько историй о том, как люди проживают смерть близкого в период новогодних праздников, как утешаются, как справляются, чему радуются. Возможно, они помогут тем, кто оказался в такой ситуации сейчас.

***

В ноябре у Лены Дорониной неожиданно умер папа, причина — ковид. Прошло всего несколько недель, а Лене кажется, что она живет без папы уже долгие месяцы. 28 декабря папе будет 40 дней. У всех предпраздничное настроение, на улицах наряженные ёлки и огни, а у Лены тоска и отчуждение. Вроде бы всё очевидно: жизнь идёт своим чередом, приближается Новый год, многие ждут праздника и отдыха. И в то же время совершенно не понятно, где во всем этом ты сам, как теперь жить без опоры и с огромной дырой внутри, которая образовалась с уходом папы, и как выдерживать окружающую тебя радость, если к ней нет доступа.

Мрачный праздник каждый год

У Оксаны Федоровой в начале декабря этого года умер свёкор, и это событие всколыхнуло в ней память о смерти её собственного отца 21 год назад. «Папу госпитализировали в 20-х числах декабря, он умирал скоропалительно, и это застало нас врасплох. Папе было всего 47 лет, мы с мамой и сестрой очень переживали. Все это время у нас было ощущение полной изоляции от всего происходящего, праздник в один миг просто исчез для нас. И до сих пор в декабре у нас у всех такое мрачноватое настроение. Хотя сейчас мне легче с ним справляться, к тому же Новый год важен моим детям, у них нет моего опыта потери, и я стараюсь, чтобы они могли прожить эти дни радостно. В то же время я нередко говорю им, что для меня Новый год — это время, когда не стало папы, и ощущение отчаяния и боли напоминает о себе каждый год. С сестрой мы говорим на эту тему больше.

«Скоро Новый год» для нас означает, что мы снова окажемся в ситуации памяти о том событии.

Меня всегда спасало, что я могу вспомнить в кругу семьи обо всём произошедшем. Что я могу не врать, что Новый год для меня не праздник-праздник, а что это время, которое для меня омрачено потерей папы. Я могу честно сказать: да, в это время я не могу быть безмятежно радостной». 

Радостные идиоты и всё бесит

Когда каждый выход из дома даже в ближайший магазин за едой напоминает, что у всех предпраздничное настроение, хочется запереться в своем доме, никуда не ходить и никого не видеть. Но полная изоляция, к сожалению, не облегчит тоску, а только добавит неприятных переживаний. 

«Оставаясь один, ты будто замораживаешься в себе с этим тягостным ощущением, и оно только усиливается, — говорит Оксана Федорова. — В первые год после потери мне казалось, что у этих «радостных идиотов» всё хорошо, у них праздник и веселье, и они в принципе не могут понять, что это значит — оплакивать потерю любимого человека. И поэтому мне так одиноко. Было бы здорово, если бы кто-то подошел и сказал: «Я понимаю, что тебе сейчас трудно и плохо. Но мы тебя в любом случае приглашаем к нам в гости, будь с нами в этот праздник, и окей, если ты не будешь веселиться, просто приходи». И я бы может пришла. Только если зовут искренне, даже если у меня подавленное настроение. А если зовут просто чтобы было больше народа и за счет этого поднимался градус веселья, и давайте на сегодня отставим все печали и будем радоваться, — так лучше не звать». 

У Маши Мироновой папа умер 19 декабря 10 лет назад. И только в прошлом году Маша впервые почувствовала, что Новый год больше её не раздражает. «У меня много лет после смерти папы был темный период — как я это называю, — говорит Маша. — Меня раздражало всё: этот дурацкий праздник, дурацкий календарь, эти ёлки на каждом шагу. Единственное, чего мне хотелось — скорее пережить декабрь. И закончился этот темный период только благодаря 2-летней работе с психологом, само собой это не проходит». Тем, кто переживает трудное время прямо сейчас, Маша просила передать, что это нормально — ненавидеть Новый год, вы имеете на это право. 

«Праздники ужасно бесят, — говорит Лена Доронина. — Я, конечно, понимаю, что мои друзья и знакомые хотят меня порадовать. Но я пока не могу во всё это включиться. К тому же стыдно чувствовать себя унылой и мрачной, стыдно позволять себе быть в таком состоянии. Но на другое у меня просто нет сил, их нет вообще ни на что. Я слоняюсь по квартире, не могу ничего делать, даже телевизор не могу смотреть. И больше всего, когда знакомые звонят и пишут, меня бесит вопрос «Как ты?». Ну как я могу быть сейчас?! Плохо. По-разному. Плачу. Иногда накрывает сильно, рыдаю. Энергии нет, есть только черная пустота».  

Неблизкие близкие

Когда в праздники мы горюем и чувствуем себя одинокими, оторванными от всего мира, то надеемся, что хотя бы ближний круг сможет нас поддержать. Но одиночество в семье и среди друзей может усиливаться, потому что близкие не всегда понимают (а нередко и не пытаются понять), что же происходит с горюющим. 

«В октябре 2020 года мой муж умер от ковида, это случилось так внезапно, я не могла быть с ним в последние дни, не могла попрощаться, — рассказывает Наташа Иванова. — И прошлый новый год был для меня адом. Близкие и знакомые говорили мне всё то, что говорить нельзя: чтобы я держалась, что всё будет хорошо. Лучшая подруга сказала, что я не должна терзаться, не должна никому ничего говорить о своем горе, а только молиться. Тот новый год я провела в одиночестве на нашей даче, которую мы с Русланом вместе строили. Пересматривала фото и видео, какие были за год до этого — как мы приехали на дачу, как мы танцевали, как муж пел, как мы пошли смотреть лисичкины следы.

Сейчас у меня будет второй новый год без него, и ничего по большому счету не изменилось: я очень одинока. Мне говорят: живи для себя. И это меня тоже убивает: как это для себя?

Кайф же, когда ты для другого человека что-то делаешь, или просто находишься рядом в одном пространстве». 

Ася Кузьмина потеряла мужа в ноябре, он умер внезапно, и ей было очень тяжело, но ближний круг поддерживал её всеми силами. «Ко мне приходили, готовили еду, ночевали со мной, и каждый день я чувствовала тёплую атмосферу. Но когда начались новогодние праздники, меня стали приглашать на торжества, на какие-то шоу. 40 дней моего мужа выпадало на новогоднюю ночь, и мне не было никакого дела до праздника. Но больше всего меня поразило, что те же люди, которые так тепло смогли поддержать меня в момент смерти мужа, теперь никак не хотели понять мое состояние. Они считали, что мне пора начать радоваться. Это выглядело так, будто мои чувства уже не важны, мое горе не важно, все хотят, чтобы я вернулась в нормальное состояние. Как будто горевать — это ненормально. Меня это очень уязвило».

Маше Мироновой после смерти папы всё так же приходилось отмечать новый год с семьей, и она всегда держала лицо, чтобы не нарушать представления родных о семейном торжестве. «По мне невозможно было понять, как меня всё это бесит, — говорит Маша. — Социальные нормы я соблюдала, и никто не мог даже заподозрить, что со мной что-то не так. Я старалась не бесить родных, не заговаривать о папе — потому что этот разговор никто не готов был поддержать. Люди просто убирают смерть из эфира, будто ее нет. И будто в праздник она особенно неуместна. Я по сути оставалась одна в своих декабрьских переживаниях, и каждый год с ужасом ждала этого месяца. В какой-то момент мне помогли новогодние вечеринки Death Cafe в Москве — на них как раз собирались люди, чтобы рассказать истории о своих умерших близких, показать их фотографии, угостить друг друга любимой едой того, о ком вспоминают. И я сначала сама побывала на такой встрече, а через год мы пришли уже вместе с мамой, и принесли 3-литровую банку любимого папиного компота из слив, и я рассказывала, каким был мой папа. Удивительно, что меня слушали совершенно незнакомые люди, я чувствовала поддержку гораздо сильнее, чем от близких. И от этого становилось легче, теплее, и можно было даже на время смириться с Новым годом». 

Шарики, салаты и подарки на могиле

Папа Лины Терс умер в январе 2016-го от рака поджелудочной железы. Лина говорит, что ей понадобилось 3 года, чтобы боль в праздники стала ощущаться не так остро.

«Первое время было особенно сложно — например, не покупать папе подарки. Я всегда дарила папе много подарков, привозила из путешествий, даже еду из других стран — настоящий том ям из Тайланда, настоящие баварские сосиски из Германии. Когда папы уже не стало, однажды увидела в магазине красивый набор для ухаживания за бородой и усами — схватила его и понеслась к кассе. И только там до меня дошло: папы нет, дарить некому. Нехорошо мне было. Но постепенно я научилась с этим справляться. Каждый год в конце декабря я еду к папе на кладбище, там у его могилы дерево, я украшаю его елочными шариками, поздравляю своих — не только папу, но и бабушек, дедушку, они все там лежат». 

Психолог Юлия Кулакова, работающая в ситуациях горя и утраты, подтверждает, что создавать свои ритуалы — это спасение для горюющих. «Если есть семейные новогодние традиции, то лучше их продолжать: готовить любимые блюда, идти на каток или в театр, куда ходили вместе. Я знаю маму, которая перед Новым годом покупала своему ребенку адвент-календарь и они вместе выполняли по нему задания, а когда ребенок умер, в первый декабрь после его смерти она снова купила такой календарь и выполняла задания сама — это очень помогало ей пережить праздничное время. Одна женщина привозила в Новый год на могилу своему мужу его любимый салат, все же готовят и едят на праздник салаты. Родители часто привозят на могилу своему ребенку новогодний подарок. 

Важно искать свои способы проживать праздники. Горюющий человек ничего не обязан, любые его чувства нормальны и уместны. Если тебе сейчас помогает веселье — веселись, если нужно грустить и плакать — плачь». 

Верный тон 

Юлия также считает, что со стороны близких проявить внимание к горюющему человеку лучше, чем проигнорировать его.

«Даже если кажется, что вы со своей радостью неуместны, и человек действительно может воспринять приглашение в гости как кощунство. Важно делать это бережно и спрашивать горюющего. Помню, как я хоронила папу в день рождения моей дочери, и так боялась получить эти поздравительные смски. Но с другой стороны, если никто не поздравляет — это будто меня саму похоронили или вычеркнули из жизни. Поэтому внимание важно, но не чрезмерное. Хотя найти в такой ситуации нужные слова и верный тон людям бывает непросто». 

Ася Кузьмина вспомнила, как одна из ее подруг сумела найти такие слова в скорбный день: «Когда умер мой второй муж, его 9 дней выпали на мой день рождения.

Моя подруга позвонила и сказала, что понимает, совпали эти два дня, и что она соболезнует мне, и в то же время зная, что у меня день рождения, хочет спросить — как мне лучше сейчас, о чем я готова говорить, насколько уместны поздравления, или может я хочу, чтобы мы вместе посидели вспомнили мужа.

И я удивилась, как же человек сумел так открыто, так корректно и с таким вниманием ко мне отнестись». 

Особенный праздник 

Папа Юли К. очень любил новый год, это был для него особенный праздник. Заболел он тоже под Новый год, и первую новогоднюю ночь во время его болезни Юля была с папой в больнице. Последнюю в своей жизни новогоднюю ночь, через 4 года после начала болезни, Юлин папа встречал уже дома. Он сумел дожить до утра, несмотря на тяжелое состояние, и умер 1 января.

«Я в первый год после папиной смерти поехала 31 декабря к нему на могилу. Думала, что вот все к празднику готовятся, салатики режут, а я по кладбищу бреду с лопатой. Но неожиданно оказалось, что в этот день на кладбище много людей, и я сразу почувствовала себя нормальной. Приятель помог поставить на могиле искусственную елочку, я решила, что раз папа умер 1 января, то у него теперь всегда Новый год. Летом на ней птички-бабочки сидят, а в декабре я ее наряжаю, украшаю гирляндой, плету новогодние венки, креплю их к ограде. Папа любил все красивое, торжественное. Помню из детства, как он приносил домой живую елку, как она висела за окном, как потом ее заносили в комнату, расправляли, и папа сам радовался как ребенок. Он любил эту атмосферу, и я тоже ее люблю, и создаю, пусть и на кладбище. Я могу там петь, могу привезти с собой флейту и сыграть папе. И каждый новый год поздравляю тех, кто в моей памяти крепко связан с папой — врачей, смотрителей кладбища, друзей, которые помогали в трудные моменты. Дарю им подарки — праздничные композиции с еловыми ветками. Я это делаю и для них, и для папы. Новый год — день его памяти».

Елена Доронина тоже намерена отмечать Новый год, теперь уже без папы, но по-прежнему в семье, как у них принято. «Новый год будет, — говорит Лена. — Мы безусловно будем вспоминать папу, и конечно погрустим. Вспомним, каким он был веселым, как он юморил, танцевал. Я обязательно сделаю мою фирменную селедку под шубой, которую папа обожал и всегда спрашивал, привезу ли я её. И мы все будем стараться поддерживать наши семейные традиции, чтобы чувствовать опору, любовь и тепло». 

Перепечатка материала в сети интернет возможна только при наличии активной гиперссылки на оригинал материала на сайте pro-palliativ.ru

Материал подготовлен с использованием гранта Президента Российской Федерации, предоставленного Фондом президентских грантов.

Использовано стоковое изображение от Depositphotos.