Сирийский сценарий что это

Российские войска реализуют на Украине сирийский сценарий

Уничтожаются все склады с западным вооружением

В 2015 году в Сирии российская армия наносила точечные удары по объектам военной инфраструктуры террористов. В результате вся она была в короткие сроки уничтожена. Сейчас похожий сценарий реализуется на Украине.

Удары наносятся по военным объектам, которые находятся вне населенных пунктов. В первую очередь, крылатые и баллистические ракеты бьют по командным пунктам, арсеналам с вооружением и боеприпасами, базам хранения техники, Выводятся из строя военные аэродромы.

Судя по фото и видео в Сети, такие удары нанесены по арсеналам под Харьковом, Мариуполем, Днепропетровском, Краматорском.

Удар нанесен по складам боеприпасов 92-й отдельной механизированной бригады ВСУ под Харьковом.

Уничтожены или приведены в негодность корабли ВМС Украины. Одновременно заблокированы украинские порты в Черном и Азовском морях. Очевидно, для этого использован отряд больших десантных кораблей, который собран в Черном море.   

СМИ сообщают о взрывах на киевском аэродроме Борисполь. Именно этот аэродром принимал самолеты с вооружением НАТО.

Удар нанесен по базе ВВС Украины в Василькове.

Все страны первого мира счастливы одинаково, каждая страна третьего мира несчастлива по своему, Россия и Сирия не исключение

Режим Муаммара Каддафи уходит в историю — войну против всей Европы и США глава Ливии выиграть не в состоянии. Несмотря на то, что в стране никогда не было сколь либо серьёзной оппозиции, ему всё же придётся оставить свой пост — добровольно или принудительно. И он это сделает не первым — вслед за лидером Египта Хосни Мубараком и главой Туниса Бен Али.

В случае с Ливией и Каддафи всё было продемонстрировано почти откровенно: работа французских спецслужб, поставки оружия повстанцам, «зона запрета полётов» и дальнейшая бомбардировка силами стран НАТО.

Очередной страной, в которой в ближайшее время может пасть режим, скорее всего будет Сирия. Собственно, на Западе это особо не скрывают, требуя отставки президента Башара Асада. Беспорядки и волнения в этом государстве с населением почти в 20 миллионов человек, начались ранней весной, 15 марта. Власть реагировала жёстко — полиция стреляла в демонстрантов, а в «восставших» городах работали «головорезы» из спецслужб. Но это только подогрело сопротивление — противостояние на улицах сирийских городов набирает обороты.

Мы встретились с человеком, близким к руководству страны, и обсудили с ним ситуацию в его начинающей закипать стране. Как ни странно, во время разговора нам стало немного не по себе, уж очень многое в политической, экономической и социальной жизни сирийцев напоминает нынешнюю Россию.

По словам нашего собеседника, умные люди (как и на остальном Востоке, это люди старшего поколения), еще несколько лет назад, предчувствуя беду, советовали молодому президенту Асаду срочно начать реформы. О них было заявлено на съезде правящей партии Баас в 2005 году. Правительство объявило о намерении принять закон о свободе СМИ, разрешить формирование оппозиционных партий, внести изменения в закон о выборах, заняться реформой экономики, в первую очередь — демонополизировать гигантские олигархические предприятия.

Страна ждала обещанного шесть лет. Но стоящие у власти чиновники, так и оставили все реформы только на бумаге. Вам это ничего не напоминает?

И вот сейчас начинается то, что начинается. Власть судорожно объявляет о все новых и новых уступках, но, как считает наш собеседник, уже слишком поздно. Время упущено безвозвратно. По прогнозам политологов, падение режима Асада почти предрешено, и если ситуация будет развиваться по самому негативному сценарию, то стране грозит расчленение на ряд автономных территорий: алавитов, курдов, друзов и суннитов.

Причины для недовольства

Сирия — президентская республика. Она отличается централизованной, строго иерархической системой, при которой вся полнота власти сосредоточена в руках президента страны и высшего руководства правящей партии.

Династия Асадов правит уже второе поколение. В 2000 году (после смерти отца Хафеза аль-Асада, который жесткой рукой управлял страной предыдущие 40 лет) к власти пришел молодой, получивший в Великобритании образование врача Башар аль-Асад. Приход молодого политика к власти сулил начало либеральных реформ.

Кстати, в России тоже семь политических партий (ЕДРО, КПРФ, ЛДПР, Патриоты России, Яблоко, Справедливая Россия, Правое дело)

Сирия — многопартийная парламентская республика. Однако все партии Сирии должны заявить о приверженности курсу ведущей Партии арабского социалистического возрождения — ПАСВ (Баас). Депутаты 250-местного парламента избираются прямым голосованием на 4-летний срок. Все прошедшие в парламент партии во главе с Баас (таких в Сирии семь) формируют Национальный прогрессивный фронт Сирии. Президент, как правило, является генеральным секретарем партии Баас и именно партия выдвигает его кандидатуру на всенародный референдум.

За Матвиенко только что проголосовало 94,5%

На предыдущем референдуме Башер Асад получил 93% голосов. Президент избирается на 7 лет, количество сроков пребывания у власти подряд не ограничено. В руках президента сосредоточен полный контроль за исполнительной, законодательной и судебной властью.

Судебная система Сирии представляет собой уникальное сочетание исламских, османских и французских традиций. Основой законодательства Сирии является, согласно конституции, исламское право, хотя фактически действующее законодательство базируется на Кодексе Наполеона. Конституционный суд, являющийся высшей инстанцией, состоит из пяти судей, один из которых президент Сирии, а четыре других назначаются президентом. Организация Amnesty International неоднократно упоминала в своих отчетах об отсутствии в стране справедливой и независимой судебной системы. Human Rights Watch, Freedom House и другие обвиняют сирийские власти в ограничении свободы слова, свободы собраний.

С 1963 в Сирии действовало чрезвычайное положение, (отменено совсем недавно в связи с последними событиями) и были значительно увеличены полномочия правоохранительных органов. Почти на любое действие гражданин Сирии должен был получить разрешение у спецслужб. На ношение мобильного телефона, на постройку дома, даже на женитьбу. Получить все это вполне реально за определенную плату, коррупция в силовых и государственных структурах очень высока.

В России 52 процентов богатств страны принадлежит 0,00001% (одной стотысячной процента населения) — 1420 человек. Оставшееся делится так: 40% — 21 миллиону и 8% — 120 миллионам россиян.

Большая часть экономики Сирии сосредоточена в руках всего 7% населения. При этом форма собственности — государственная или частная — по сути вторичны. Главное, кто контролирует «кормушку».

Деньги приближенных к власти и допущенных к бюджету страны чиновников успешно выводятся в офшоры. Остальное население живет на среднюю по стране зарплату в 300 долларов (что близко к российским з.п. в регионах). Что является и прожиточным минимумом, т.е. 93% населения сводит концы с концами.

Одна из серьёзнейших ошибок, которую сделал режим несколько лет назад — выбор неправильного пути реформирования экономики. Сирия живет за счет нефти (госсектор) и сельского хозяйства. Большая часть экономики, находящейся в частной собственности (небольшие фермерские хозяйства на своей или арендованной земле), ориентирована именно на аграрный сектор. Однако самые плодородные долины (между Тигром и Ефратом) последнее десятилетие дают относительно небольшой урожай из-за затяжной засухи. Фермерские хозяйства разоряются, приходят в упадок. И именно в это время правительство сократило субсидии для сельского хозяйства на закупку топлива, необходимого для нужд мелиорации.

Вместо поддержки сельского хозяйства или промышленной модернизации режим, по советам неолиберальных экономистов, учившихся на Западе, направил средства бюджета на развитие непроизводственного сектора — банковского сектора, страховых компаний, сферы обслуживания и тому подобного «офисного» бизнеса (по данным Росстата в 2007 году сектор услуг составлял 58% ВВП). Развившийся банковкий сектор стал впаривать «доступные» кредиты, предлагаемые финансово безграмотному населению. Многие не смогли расплатиться в срок, и это, конечно, только увеличило пропасть между богатыми и бедными.

В результате в стране значительно выросла безработица — сейчас официально она составляет 3−4%, реально же доходит до 20%, при этом, естественно, большая часть безработных — молодые люди. Кроме того, ликвидировали программу помощи в трудоустройстве «молодым специалистам». Раньше государство было обязано обеспечить выпускника вуза рабочим местом на 5 лет, чтобы он мог набраться опыта. Сейчас этой проблемой должен заниматься сам выпускник.

Надо заметить, что образованного населения в Сирии много, т.к. в стране введено обязательное среднее бесплатное образование. В ВУЗах система как у нас — есть бюджетные места для сдавших экзамены на «отлично», остальные могут получать образование платно. Цена обучения в сирийских ВУЗах очень высока и многие молодые люди уезжают получать образование в Европу, где оно на порядок дешевле.

Экономические проблемы усугубляются межнациональными и религиозными конфликтами. Сирия, как и Россия, страна многонациональная и многоконфессиональная. Преобладающая религия — ислам. При этом большинство населения — сунниты. Элита — происходит из среды алавитов. К тому же растёт диаспора шиитов, в основном — беженцев из Ирака. 10% населения исповедуют христианство, как католицизм, так православие (более половины христиан).

Почва для конфликта здесь очевидна — при суннитском большинстве (живущем на грани бедности) все важные (денежные) посты занимают алавиты (близкое к шиитам Хезболла и Ирану течение ислама), что не может не вызывать агрессии. Скажем, суннитскими призывниками (в Сирии обязательная военная повинность, все юноши с 18 лет на два года призываются в армию) командуют офицеры-алавиты, и спецслужбы следят за тем, чтобы никто из суннитов не мог сделать достойной военной карьеры. Именно по этой причине опора на 300-тысячную армию выглядит не очень надежной. Реально власть может положиться на три дивизии, которые состоят исключительно из алавитов и по-настоящему лояльны Асаду. Именно эти дивизии входят на танках в митингующие города и наводят там порядок.

С национальной точки зрения население Сирии менее пёстрое, нежели в России, но и здесь есть точки напряжения. 90% составляют арабы, в том числе — беженцы из Палестинской автономии.

Самое крупное национальное меньшинство — курды. В основном это беженцы, приехавшие в страну из Турции и Ирака, спасаясь от преследования. До последнего времени они не имели права получить сирийское гражданство, то есть на птичьих правах жило не менее 300 тыс. человек. Не так давно почти 50 тысяч курдов всё-таки получили паспорта, остальные ожидают очередной уступки режима.

Там, где есть курды — там есть проблема Курдистана. Этот народ уже давно добивается создания своего национального государства. При должной поддержке это движение может дестабилизировать весь регион — крупные общины курдов есть в Турции, Ираке и так далее. В конце концов, несколько десятков тысяч курдов живут и в России.

Спонсоры мятежа

Сама по себе оппозиция при монопартийно-диктаторских режимах Северной Африки и Персидского залива достаточно слаба. Даже она сама не особо верит в успех своих начинаний — если, конечно, извне не поступит весьма существенная помощь.

По данным сирийских источников, протестующие получают оружие из-за рубежа. За время противостояния, по официальным данным, погибло около 1300 полицейских и военных (жертв среди мирного населения как минимум не меньше). Поставки идут с территории сопредельных государств — Ливана, Турции, Иордании.

Но самое страшное оружие, которого по-настоящему боится сирийский режим — информационное. Любой конфликт можно раздуть, особенно, когда есть основания для недовольства, а режим ведёт себя неадекватно. Когда на Ближнем Востоке начались волнения, на Сирию стали вещать 3 спутниковых канала. Трансляцию власть перекрыть не в состоянии — студии этих каналов находятся за пределами страны. Один канал передаёт с территории ОАЭ, второй — вещает вовсе из Англии. Считается, что третий, «Народную Сирию», поддерживают американцы. «Мы проигрываем информационную войну», — признают в частных разговорах представители режима.

Не меньший ущерб наносит интернет, хотя его использование в стране ограничено. В частности, закрыт доступ в Фейсбук, YouTube и Blogspot, а также к сайтам курдских и исламистских партий. По мнению лидера страны Башара Асада, это сделано потому, что «народ ещё не готов к демократии». Тем не менее, пользователями Сети в Сирии являются более миллиона человек.

Кому выгодно?

Кроме Израиля, который явно заинтересован в свержении режима, поддерживающего Палестинскую автономию, среди «влияющих» сторон называют США, Турцию и Евросоюз. При этом у всех свои интересы, зачастую не всегда совпадающие.

Если режим падёт, то наибольшую выгоду для себя извлекут исламисты — и, в первую очередь, партия «Братьев Мусульман». Предполагается, что в результате переворота наиболее вероятный сценарий — это приход к власти умеренного крыла этой организации. При этом стоит отметить, что «Братья Мусульмане» ранее находились под влиянием США, и, возможно, американцы и сейчас не утратили контроль. Но гораздо опаснее будет ситуация, если власть захватит радикальное крыло «Братьев мусульман». Уж оно-то точно не будет церемониться с Израилем. А ведь есть еще «Аль-Каеда». Так что сценаристы смены власти могут сами попасть в ловушку.

Ещё один сценарий, которого опасается сирийская элита — это распад страны. Хотя и утверждает, что «нация едина» и «делить нам нечего». Однако, в ситуации гражданской войны страна может впасть в религиозное средневековье.

Ещё один источник помощи, влияние которого, пожалуй, перевешивает все остальные — это сам режим. Точнее, его неадекватность и неготовность идти на уступки, делиться властью. Те смягчающие меры, которые предпринимает Башар Асад, как правило выглядят запоздалыми — скажем, отмена чрезвычайного положения.

При этом людей раздражает откровенное хамство и жестокость властей среднего и нижнего уровней. Первые волнения, начались на юге станы в городе Дераа, и вылились в полномасштабное восстание, после ареста 18 марта группы школьников, которые писали антиправительственные лозунги на стенах домов и заборах. По сведениям сирийских властей зачинщиком беспорядов стал имам местной мечети. Когда к полицейскому участку пришли матери задержанных умолять освободить их детей, они так же были арестованы. После допроса их показательно обрили наголо, что для восточных женщин и их родных нестерпимое унижение. На Востоке такие вещи не прощают. Неудивительно, что на местное население эти действия произвели противоположный эффект — вместо страха получилось озлобление. Несмотря на танки на улицах, люди выходят и выражают свое недовольство режимом не обращая внимания на головорезов из спецслужб — просто потому, что злость сильнее страха.

Как, говорят знающие люди, не поведи себя власть по привычной схеме применения силы, все можно было бы остановить. Всего-то требовалось, проявить уважение к своим гражданам и, как принято это на востоке провести переговоры со старейшинами. И искусственно разжигаемые страсти — улеглись. Так как несмотря на трудности, сирийский народ до сих пор сплочен и объединен идеей «Великой Сирии», т.е. восстановлении страны в ее бывших границах, куда входят нанешний Ливан, Иордания и Палестина.

Реформы

И в правящей партии Баас, и в умеренной оппозиции Сирии есть люди, которые понимают и необходимость реформ, и опасность дальнейших протестов. По их мнению, если сейчас не исправить ситуацию, то в ближайшее время ничего не останется ни от страны, ни от режима.

«Нужен закон о СМИ, нужен закон о партиях, нужен закон о выборах», — считает источник «СП» в сирийском правительстве — «кроме того, нужна глубокая реформа экономики, в первую очередь — демонополизация, разукрупнение гигантских олигархических предприятий. Приватизация госсектора».

Тогда, возможно, ещё можно обойтись без лишней крови и полного хаоса, и в Сирии установится светский, относительно демократичный режим по образу и подобию турецкого. И не только в Сирии, но и в других странах «Арабской весны». Однако, режим и его сторонники — те самые 7%, которым принадлежит почти вся экономика — уверены, что лучше стрелять, чем разговаривать.

История вопроса

Интересы Запада, а именно Франции и Англии, в этом регионе очень давние. Еще в позапрошлом веке начались попытки этих стран вмешиваться в политику региона. После Первой Мировой войны, наплевав на мечту сирийцев о независимом государстве, Франция и Англия получили мандат в Лиге Наций и поделили по-братски ее территорию на Ливан, Трансиорданию Сирию и Палестину. В страну потекли товары из стран-мандатников, местное производство хирело, закрывались лавочки, богатели заморские предприниматели. Особенно гибельную роль импорт сыграл для сирийской текстильной промышленности: за период между 1913 и 1926 численность ткачей в Халебе сократилась наполовину, а количество действовавших ткацких станков — на 2/3. Из-за безработицы, достигавшей в городах почти 25%, произошло падение уровня заработной платы.

В 1925 сирийцы подняли мятеж против французов, подавленный после двух дней артиллерийских обстрелов Дамаска, в результате которых погибло ок. 5 тыс. сирийцев.

С тех пор и до 1963 года, когда к власти в результате военного переворота пришли генералы из партии Баас, страна жила при постоянных сменах правительства. Чехарда была невероятная. Но все, кто приходил к власти, опирались в итоге на французов, англичан, а потом и США. Причем все выступления за независимость заканчивались тем, что подгоняли артиллерию и стреляли по протестующей толпе. Жертв было много, но и времена были другие — это никого не шокировало. С тех пор ориентиры поменялись и сирийские власти, наученные своими бывшими колонизаторами расправляться с недовольными, уже выглядят в глазах бывших учителей, кровавыми сатрапами. И вот, видимо, пришло время опять получить мандат, только теперь от ООН, и поделить ускользнувшую 50 лет назад из-под влияния территорию.

Белорусская служба «Радио Свобода» работает в республике легально, имеет корпункт и аккредитацию МИДа. Как сообщалось ранее в публикациях, годовой бюджет белорусской службы составляет около 2,5 млн долларов, а зарплаты редакторов в Пражском офисе – 6 тыс. у.е.

На первый взгляд, создается впечатление, что это просто кормушка для поддержки внутренних группировок, но на деле Белорусская служба РС – одно из многих структурных подразделений РС/РСЕ, имеющих общее руководство, общую стратегию и общие цели. Свой хлеб они едят не зря, осуществляя в том числе сбор информации и аналитические функции.

СМИ как инструмент влияния

РСЕ/РС начало вещание во времена холодной войны, а именно в 1950 году. Изначально штаб-квартира РС находилась в Западной Германии, а услышать радио можно было на территории Чехословакии, Венгрии, Болгарии, Польши и Румынии. Русская редакция «Радио Свобода» открылась три года спустя, в марте 1953 года. В то время она носила название «Радио Освобождение», под современным именем радиостанция заработала с 1959 года. В 1953 году также началось вещание практически на всех языках народов СССР, за исключением белорусского и украинского (с 1954 года) и крымско-татарского (1960-е годы).

Советское руководство рассматривало «Радио Свобода» как информационное оружие Запада в холодной войне, целью которого было возбуждение общественного недовольства и формирование оппозиции советскому режиму. На это были причины: РС предоставляло слушателям информацию о деятельности организаций, выступающих против социалистического режима.

Основной целью РСЕ/РС того времени, согласно обнародованным сообщениям представителей Американского комитета «Радио Освобождение», было «формирование мышления и направление воли народов Советского Союза на необходимость ликвидации коммунистического режима».

Изначально связь РСЕ/РС с американскими властями и разведкой не была столь прозрачной. Однако в 1971 году были обнародованы данные об источниках финансирования радиостанции. Оказалось, что примерно 85% средств на развитие «Радио Свобода» поступали от ЦРУ, которое по факту и осуществляло управление радиостанцией. Очевидно, что столь крепкая связь с ЦРУ не может быть построена на одном вещании.

Известно, что сотрудники радио в 70-х годах занимались шпионажем: сбор информации осуществлялся как через общение с советскими эмигрантами, так и с помощью служб радиоперехвата и прослушки.

После перестройки, а именно в 1995 году, «Радио Свобода» было официально зарегистрировано в России в качестве средства массовой информации. С 1998 года радио начало вещание на средних волнах, в ряде регионов также шла ретрансляция передач РС местными радиостанциями. В конце 1990-х — начале 2000-х особое внимание эфира РС было посвящено Чеченскому конфликту, РС открыто симпатизировала ичкерийским боевикам.

В 2017 году из бюджета Совета управляющих по вопросам вещания (BBG) на финансирование «Радио Свобода» было потрачено $121,1 млн. Кроме «Радио Свобода» совет также финансирует и контролирует «Голос Америки», «Радио Свободная Азия» и Ближневосточную сеть радиовещания (совместно — $374,5 млн в 2017 году), около $60 млн направляется на деятельность Бюро по международному вещанию.

Чтобы давать оценку деятельности Белорусской служба «Радио Свобода», необходимо четко понимать современный международный контекст, который близок к реалиям холодной войны. И в этом контексте сотрудники белорусского подразделения не возрождают беларушчыну, а осуществляют информационное сопровождение американской политики в регионе.

В любой точке земного шара эта политика имеет общие черты.

• США шантажом или обещанием безопасности скупают политических лидеров, а далее разрешают управляемому режиму грабить собственное население. Если же купить лидера не удается, создаются условия для цветных революций.
• Через кредитование МВФ разрушается реальный сектор экономики, внутренний рынок насыщается товарами ТНК, страну вместе с недрами постепенно приватизируют за долги.
• Первым эшелоном нападения на независимые государства выступает либеральная идеология, где за основу ставится разрушение основ традиционного уклада общества.

Однако полная ликвидация государственности и суверенитета – это более сложная задача, для нее необходим ряд устойчивых внутренних предпосылок:

• Слабость политической «элиты». Отсутствует цементирующая идеология, властная вертикаль наполнена коррупционерами и западниками.
• Наличие в стране агрессивной «альтернативной элиты» – как правило, речь о СМИ и творческой интеллигенции.
• Деградировавшая и предельно упрощенная структура сырьевой экономики, которая уязвима для любых внешних воздействий. Введение внешних санкций на продажу нефти и ввоз продовольствия может резко дестабилизировать внутреннюю обстановку.
• Между властью и населением создается и поддерживается сильное напряжение. Постоянные информационное атаки сеют недоверие и гнев, деморализуют население.

Что касается сферы безопасности, то теория управляемого хаоса, подкрепленная в последние годы практикой «сетевых войн», стала основой политики США в кризисных регионах еще со времен Бжезинского. Первое применение такого способа реализовать внешнеполитические интересы США было зафиксировано еще в Афганистане. А еще недавно «сетевые войны» без тыла и линии фронта терзали Сирию.

Что такое «сирийский сценарий»

Сирийский сценарий – это не просто поддержка вооруженных групп в оппозиции, а попытка унифицировать исторически сложное, многомерное общество на основе навязанных единых ценностей.

К сентябрю 2015 года более 70 процентов сирийской территории оказалось под контролем сил, противостоящих законному правительству, бои шли даже в столице. Сложилась реальная угроза утраты Сирией государственности на фоне создания «Халифата» — объединения, основанного на идеях радикального ислама.

При этом Сирия была уникальна тем, что население страны разделено по религиозному (сунниты, ваххабиты, алавиты, христиане, друзы) и по этническому (арабы, тюрки, курды) признакам. Помимо этого, население расчленено на разные слои, группы, движения, которые живут своей жизнью и часто враждебны друг другу.

Именно поэтому попытка построения моногосударства-Халифата с помощью ЦРУ привела не просто к гражданской войне, а к не виданной по масштабу резне – американцы делали ставку на ИГ в том числе из-за его «ценностной» составляющей.

В итоге Сирия стала своего рода полигоном, лабораторией для экспериментов по разрушению государственности. До этого схожие схемы применялись в Ливии, Ираке и Югославии, а от успеха или неудачи испытаний зависит дальнейшее применение тех или иных управленческих технологий в иных регионах.

САР «ломали» сразу по нескольким направлениям. Информационная, дипломатическая война подавляла волю сирийских управленцев, военных, психику населения. Экономические санкции подрывали экономику, ухудшали материальное положение населения. Партизанская, диверсионная война вынуждала власти вести постоянную войну внутри страны, уменьшая и так небольшие людские, материальные ресурсы. Причем теракты «мирных повстанцев» не охватывали всю Сирию, а происходили то в одном, то в другом районе, что говорит о том, что это не какие-то народные возмущения, а, скорее, работа одной группы.

Как средства ЦРУ оказались у ИГ

Факт превращения сирийской «Аль-Каиды» в главного бенефициара военной помощи США был признан американскими чиновниками в интервью The New York Times ещё в октябре 2012 года.
Главная причина в инфильтрации американского оружия заключалась в посредничестве Сирийской свободной армии (ССА), которая сотрудничала с ИГ и «Нусрой». Например, в начале 2013 года в центральной Сирии действовали внутренние договорные квоты на поставки вооружений между ССА и «аль-каидовцами». Однако, в конце концов, исламистские группировки получили в Сирии военный и численный перевес, благодаря покровительству со стороны Катара и Саудовской Аравии. Так, например, к началу 2013 года ССА исчезла из военных сводок.

В середине 2013 года Вашингтон попытался исправить ситуацию за счет прямого вооружения «умеренных группировок», проверенных ЦРУ. Однако, в конце концов, был вынужден пойти на создание альянса между «относительно умеренными группировками» и «Джебхат ан-Нусрой» на севере Сирии.

Окончательное доминирование «Фронта ан-Нусры» в Сирии оформилось после захвата провинции Идлиб. Ряд группировок присоединился к созданной на базе «Нусры» «Армии завоевания» в провинции Идлиб по команде «операционной комнаты под руководством США по вопросам Сирии на юге Турции». Альянс был продолжен ЦРУ в Алеппо, где был создан союз под названием «Фатх Халеб» из девяти местных группировок под командованием «Аль-Каиды».

Перекройка антиправительственных вооруженных формирований под командование террористов позволила ЦРУ объединить их для усиления атак против сирийской армии. США продолжили поставлять вооружение своим союзникам на Ближнем Востоке, понимая, что оно окажется в арсеналах «Фронта ан-Нусры», под предлогом того, что возникшие ребрендинговые объединения не включены в список запрещенных организаций.

Таким образом, США сейчас продолжат вооружать «Фронт ан-Нусра» через посредство Саудовской Аравии, даже если ИГ будет разгромлен в Сирии. А заключение выгодной военной следки Трампа с Саудитами таит в себе опасность «аль-каидизации» Сирии в течение предстоящих 30 лет, на которые заключен военный контракт Трампа и Эр-Рияда в размере 110 миллиардов долларов.

Оборонному контракту не помешал даже расчленённый прямо в саудовском консульстве журналист «Вашингтон пост» Джамаль Хашогии. Трамп по этому поводу скромно заявил, что «терять рабочие места нельзя». Цинично? Конечно.

Война за газопровод и влияние в Европе

Для чего прилагаются такие многомиллиардные усилия? Само собой, американское вмешательство строилось на определенных расчетах.

Реальная подоплека происходящего в Сирии была озвучена Робертом Кеннеди-младшим – племянником того самого Кеннеди – в интервью журналу Politico:
«Решение США организовать кампанию против Башара Асада было принято не в ходе мирных протестов „Арабской весны“ в 2011 году, а раньше, в 2009-ом, когда Катар предложил построить трубопровод стоимостью $ 10 млрд., который должен был пересечь Саудовскую Аравию, Иорданию, Сирию и Турцию»

Катару и Ирану принадлежит богатейшее месторождение газа Южный Парс. Антииранские санкции не разрешали в то время Ирану продавать газ за границу. Катар же мог доставить свой газ в Европу только сжиженным и по морю. Это не только сильно снижало объемы поставок, но и значительно их удорожало. Трубопровод должен был связать Катар напрямую с европейскими рынками и сделать тем самым суннитские монархии Персидского залива доминирующими на газовых рынках и укрепить Катар — очень близкого союзника США.

За катарско-турецкий газопровод выступали и европейцы, которые хотели прекратить наконец подпитку валютой Россию, перестать зависеть от поставок российского природного газа и в случае необходимости спокойно отказаться от его закупки. Такая диверсификация поставок газа в Европу позволяла получить рычаги давления на Россию и возможность шантажировать её, как это, со времен независимости, любит делать Украина. Кроме того, при особо благоприятных условиях и удачном стечении обстоятельств – нанести сокрушительный удар по экономике РФ.

Однако ещё больше мечтала избавиться от этой зависимости Турция, которой газопровод сулил прибыль за транзит по ее территории.

Саудовская Аравия была тоже заинтересована в газопроводе. Саудитов прельщало заиметь Сирию как своего рода плацдарм для дальнейшей энергетической экспансии. Главным же противником катарско-турецкого газопровода была, есть и будет Москва, которая не хотела лишаться единственной, оставшейся после СССР, точки присутствия на Ближнем Востоке, а также терять доминирующие позиции на европейском энергетическом рынке, и, конечно, Иран, который всегда был против доминирования заливных монархий и суннитского экстремизма.

В 2009 году Башар Асад отказался подписать соглашение о катарско-турецком газопроводе, чтобы защитить интересы своего российского союзника, а вскоре вообще вызвал агрессию суннитских монархий, одобрив так называемый «исламский газопровод», по которому газ с иранской части Южного Парса должен был пойти через Сирию в ливанские порты и оттуда отправиться в Европу.

Это сделало бы главным поставщиком газа на европейский энергетический рынок не суннитский Катар, а шиитский Иран и резко усилило бы влияние Тегерана не только на Ближнем Востоке, но и во всем мире.

Кроме того, ирано-сирийское присутствие ощутил бы и Израиль, опасавшийся усиления «Хезболлы» и «ХАМАС», которых открыто поддерживает Иран.

Как только Асад отказался от катарско-турецкого газопровода, США и Саудовская Аравия начали готовить в Сирии суннитское восстание. В том же 2009 году, то есть за два года до начала арабской весны, если верить опубликованной WikiLeaks переписке, ЦРУ начало усиленно финансировать ныне модно называемую «умеренную сирийскую оппозицию». Поэтому тот результат, который мы наблюдаем сегодня – следствие как минимум десятилетней работы.

Современные формы национализма как мина замедленного действия

На примере Сирии мы наблюдаем, что предпосылки для затяжного конфликта, гражданской войны, геополитического кризиса создаются через те или иные формы современного национализма.
Еще с 17 века известна старая английская политика вычленения наций «разделяй и властвуй», устроение государств по принципу «мононация – моногосударство».

Сегодня главный политический селекционер планеты – Штаты, который пользуется той же методикой. Ими осуществляется поиск критических точек, а затем максимально болезненная перестройка общества по принципу унификации.

Несмотря на то, что большинство современных государств являются полиэтническими или многонациональными, идеи мононации, моногосударства крайне популярны у наших соседей, в Прибалтике, Польше.

Аналогично, запад Украины сейчас воспитывается в духе ненависти к русским. Современным украинским государством открыто декларируется цель – построение моноэтничного государства, с единым языком и единым церковью, причем с поражением прав меньшинств. Их «на гиляку», «атомной бомбой», «пусть убегают» и т.д. – такие высказывания звучат на самом высоком уровне, вплоть до президента, а сторонники мононации в унитарном государстве скандируют «чемодан – вокзал». Но сама по себе эта теория ущербна, поскольку связана с комплексом неполноценности конкретных политиков, которые пытаются свое воспитание трансформировать в идеи развития государства.

В белорусском обществе линии возможного раскола также многомерны. Это религия, этничность, мировоззрение, отношение к истории, отношения с Россией, Польшей. Именно их аккуратно прощупывают действующие в Беларуси западные СМИ и аналитики.

В то же время, в многообразии заключено единство и устойчивость государства. И именно поэтому через национализм на протяжении 30 лет нам навязываются идея моноэтнического государства с единой исторической трактовкой и единой националистической идеологией – как будущей предпосылки для масштабного гражданского конфликта.

Более того, сегодня мы становимся свидетелями того, как целенаправленно дискредитируют государственные институты: милицию, армию, образование, выбивая у режима опоры. Как идет работа по целевым группам в обществе – например, с осужденными за наркопреступления и их родственниками.

При этом СМИ – в первую очередь Радио Свобода, как имеющая самую крепкую материальную базу и аналитическое обеспечение – отрабатывают технологию информационного влияния, массированной дезинформации, коллективного сбора средств, оказания влияния на властные решения. И из-за всех этих процессов торчат американские уши – дестабилизация в стране сейчас выгодна в первую очередь им, а не Евросоюзу. Поэтому слова Президента о грядущей «вакханалии», связанной с выборами 2019-2020, надо воспринять очень и очень серьезно.

Андрей Лазуткин

Белорусская служба «Радио Свобода» работает в республике легально, имеет корпункт и аккредитацию МИДа. Как сообщалось ранее, годовой бюджет белорусской службы составляет около 2,5 млн долларов, а зарплаты редакторов в пражском офисе — 6 тысяч долларов.

На первый взгляд, создается впечатление, что это просто кормушка для поддержки внутренних группировок, но на деле белорусская служба РС — одно из многих структурных подразделений РС/РСЕ, имеющих общее руководство, общую стратегию и общие цели. Свой хлеб они едят не зря, осуществляя в том числе сбор информации и аналитические функции.

СМИ как инструмент влияния

РСЕ/РС начало вещание во времена «холодной войны», а именно — в 1950 году. Изначально штаб-квартира РС находилась в Западной Германии, а услышать радио можно было на территории Чехословакии, Венгрии, Болгарии, Польши и Румынии.

Русская редакция «Радио Свобода» открылась три года спустя, в марте 1953 года. В то время она носила название «Радио Освобождение», под современным именем радиостанция заработала с 1959 года. В 1953 году также началось вещание практически на всех языках народов СССР, за исключением белорусского и украинского (с 1954 года) и крымско-татарского (1960-е годы).

Советское руководство рассматривало «Радио Свобода» как информационное оружие Запада в «холодной войне», целью которого было возбуждение общественного недовольства и формирование оппозиции советскому режиму. На это были причины: РС предоставляло слушателям информацию о деятельности организаций, выступающих против социалистического режима.

Основной целью РСЕ/РС того времени, согласно обнародованным сообщениям представителей Американского комитета «Радио Освобождение», было «формирование мышления и направление воли народов Советского Союза на необходимость ликвидации коммунистического режима».

Изначально связь РСЕ/РС с американскими властями и разведкой не была столь прозрачной. Однако в 1971 году были обнародованы данные об источниках финансирования радиостанции.

Оказалось, что примерно 85% средств на развитие «Радио Свобода» поступали от ЦРУ, которое по факту и осуществляло управление радиостанцией. Очевидно, что столь крепкая связь с ЦРУ не может быть построена на одном вещании. Известно, что сотрудники радио в 70-х годах занимались шпионажем: сбор информации осуществлялся как через общение с советскими эмигрантами, так и с помощью служб радиоперехвата и прослушки.

После перестройки, в 1995 году, «Радио Свобода» было официально зарегистрировано в России в качестве средства массовой информации. С 1998 года радио начало вещание на средних волнах, в ряде регионов также шла ретрансляция передач РС местными радиостанциями. В конце 1990-х — начале 2000-х особое внимание эфира РС было посвящено чеченскому конфликту, РС открыто симпатизировала ичкерийским боевикам.

В 2017 году из бюджета Совета управляющих по вопросам вещания (BBG) на финансирование «Радио Свобода» было потрачено $121,1 млн. Кроме «Радио Свобода» совет также финансирует и контролирует «Голос Америки», «Радио Свободная Азия» и Ближневосточную сеть радиовещания (совместно — $374,5 млн в 2017 году), около $60 млн направляется на деятельность Бюро по международному вещанию.

Новостная служба «Радио Свобода», пражский офис.

Чтобы давать оценку деятельности белорусской службы «Радио Свобода», необходимо четко понимать современный международный контекст, который близок к реалиям «холодной войны». И в этом контексте сотрудники белорусского подразделения не возрождают беларушчыну, а осуществляют информационное сопровождение американской политики в регионе.

В любой точке земного шара эта политика имеет общие черты:

☞ США шантажом или обещанием безопасности скупают политических лидеров, а далее разрешают управляемому режиму грабить собственное население. Если же купить лидера не удается, создаются условия для цветных революций.

☞ Через кредитование МВФ разрушается реальный сектор экономики, внутренний рынок насыщается товарами ТНК, страну вместе с недрами постепенно приватизируют за долги.

☞ Первым эшелоном нападения на независимые государства выступает либеральная идеология, где за основу ставится разрушение основ традиционного уклада общества.

Однако полная ликвидация государственности и суверенитета — это более сложная задача, для нее необходим ряд устойчивых внутренних предпосылок:

☞ Слабость политической «элиты». Отсутствует цементирующая идеология, властная вертикаль наполнена коррупционерами и западниками.

☞ Наличие в стране агрессивной «альтернативной элиты» — как правило, речь о СМИ и творческой интеллигенции.

☞ Деградировавшая и предельно упрощенная структура сырьевой экономики, которая уязвима для любых внешних воздействий. Введение внешних санкций на продажу нефти и ввоз продовольствия может резко дестабилизировать внутреннюю обстановку.

☞ Между властью и населением создается и поддерживается сильное напряжение. Постоянные информационное атаки сеют недоверие и гнев, деморализуют население.

Что касается сферы безопасности, то теория управляемого хаоса, подкрепленная в последние годы практикой «сетевых войн», стала основой политики США в кризисных регионах еще со времен Бжезинского. Первое применение такого способа реализовать внешнеполитические интересы США было зафиксировано еще в Афганистане. А еще недавно «сетевые войны» без тыла и линии фронта терзали Сирию.

Что такое «сирийский сценарий»

Сирийский сценарий — это не просто поддержка вооруженных групп в оппозиции, а попытка унифицировать исторически сложное, многомерное общество на основе навязанных единых ценностей.

К сентябрю 2015 года более 70 процентов сирийской территории оказалось под контролем сил, противостоящих законному правительству, бои шли даже в столице. Сложилась реальная угроза утраты Сирией государственности на фоне создания «Халифата» — объединения, основанного на идеях радикального ислама.

При этом Сирия была уникальна тем, что население страны разделено по религиозному (сунниты, ваххабиты, алавиты, христиане, друзы) и по этническому (арабы, тюрки, курды) признакам. Помимо этого, население расчленено на разные слои, группы, движения, которые живут своей жизнью и часто враждебны друг другу.

Именно поэтому попытка построения моногосударства-Халифата с помощью ЦРУ привела не просто к гражданской войне, а к невиданной по масштабу резне — американцы делали ставку на ИГ в том числе из-за его «ценностной» составляющей.

В итоге Сирия стала своего рода полигоном, лабораторией для экспериментов по разрушению государственности. До этого схожие схемы применялись в Ливии, Ираке и Югославии, а от успеха или неудачи испытаний зависит дальнейшее применение тех или иных управленческих технологий в иных регионах.

«Правительство США полагалось на свой стандартный тезис о том, что сирийский кризис возник спонтанно после того, как сирийские власти жестоко подавили вдохновленный «арабской весной» протест. На этих основаниях была оправдана вся интервенция США. Таким образом, администрация Обамы, так же как и в Украине, пыталась отрицать любую свою роль в разжигании мятежа, и следовательно, любую ответственность за последовавшее насилие. Но, как и многое другое во внешней политике США, этот нарратив является полностью лживым, созданным для пропаганды американской интервенции и защиты правительства США от любых последствий». (Дэниел Макадамс, Global Research, сентябрь 2015 г.)

САР «ломали» сразу по нескольким направлениям. Информационная, дипломатическая война подавляла волю сирийских управленцев, военных, психику населения. Экономические санкции подрывали экономику, ухудшали материальное положение населения. Партизанская, диверсионная война вынуждала власти вести постоянную войну внутри страны, уменьшая и так небольшие людские, материальные ресурсы.

Причем теракты «мирных повстанцев» не охватывали всю Сирию, а происходили то в одном, то в другом районе, что говорит о том, что это не какие-то народные возмущения, а скорее работа одной группы.

Как средства ЦРУ оказались у ИГ

Факт превращения сирийской «Аль-Каиды» в главного бенефициара военной помощи США был признан американскими чиновниками в интервью The New York Times ещё в октябре 2012 года.

Главная причина в инфильтрации американского оружия заключалась в посредничестве Сирийской свободной армии (ССА), которая сотрудничала с ИГ и «Нусрой». Например, в начале 2013 года в центральной Сирии действовали внутренние договорные квоты на поставки вооружений между ССА и «аль-каидовцами». Однако в конце концов исламистские группировки получили в Сирии военный и численный перевес, благодаря покровительству со стороны Катара и Саудовской Аравии. Так, например, к началу 2013 года ССА исчезла из военных сводок.

В середине 2013 года Вашингтон попытался исправить ситуацию за счет прямого вооружения «умеренных группировок», проверенных ЦРУ. Однако в конце концов был вынужден пойти на создание альянса между «относительно умеренными группировками» и «Джебхат ан-Нусрой» на севере Сирии.

 
 
Окончательное доминирование «Фронта ан-Нусры» в Сирии оформилось после захвата провинции Идлиб. Ряд группировок присоединился к созданной на базе «Нусры» «Армии завоевания» в провинции Идлиб по команде «операционной комнаты под руководством США по вопросам Сирии на юге Турции». Альянс был продолжен ЦРУ в Алеппо, где был создан союз под названием «Фатх Халеб» из девяти местных группировок под командованием «Аль-Каиды».

Перекройка антиправительственных вооруженных формирований под командование террористов позволила ЦРУ объединить их для усиления атак против сирийской армии. США продолжили поставлять вооружение своим союзникам на Ближнем Востоке, понимая, что оно окажется в арсеналах «Фронта ан-Нусры», под предлогом того, что возникшие ребрендинговые объединения не включены в список запрещенных организаций.

Таким образом, США сейчас продолжат вооружать «Фронт ан-Нусра» через посредство Саудовской Аравии, даже если ИГ будет разгромлен в Сирии. А заключение выгодной военной следки Трампа с Саудитами таит в себе опасность «аль-каидизации» Сирии в течение предстоящих 30 лет, на которые заключен военный контракт Трампа и Эр-Рияда в размере 110 миллиардов долларов.

Оборонному контракту не помешал даже расчленённый прямо в саудовском консульстве журналист «Вашингтон пост» Джамаль Хашогги. Трамп по этому поводу скромно заявил, что «терять рабочие места нельзя». Цинично? Конечно.

Война за газопровод и влияние в Европе

Для чего прилагаются такие многомиллиардные усилия? Само собой, американское вмешательство строилось на определенных расчетах.

Реальная подоплека происходящего в Сирии была озвучена Робертом Кеннеди-младшим — племянником того самого Кеннеди — в интервью журналу Politico:

«Решение США организовать кампанию против Башара Асада было принято не в ходе мирных протестов „арабской весны“ в 2011 году, а раньше, в 2009-м, когда Катар предложил построить трубопровод стоимостью $ 10 млрд., который должен был пересечь Саудовскую Аравию, Иорданию, Сирию и Турцию»    

Катару и Ирану принадлежит богатейшее месторождение газа Южный Парс. Антииранские санкции не разрешали в то время Ирану продавать газ за границу. Катар же мог доставить свой газ в Европу только сжиженным и по морю. Это не только сильно снижало объемы поставок, но и значительно их удорожало.

Трубопровод должен был связать Катар напрямую с европейскими рынками и сделать тем самым суннитские монархии Персидского залива доминирующими на газовых рынках и укрепить Катар — очень близкого союзника США.

Северное/Южный Парс — крупнейшее в мире нефтегазовое месторождение. Находится в центральной части Персидского залива в территориальных водах Катара (Северное) и Ирана (Южный Парс). Запасы месторождения оцениваются в 28 трлн м³ газа и 7 млрд тонн нефти (45 млрд баррелей).

За катарско-турецкий газопровод выступали и европейцы, которые хотели прекратить наконец подпитку валютой Россию, перестать зависеть от поставок российского природного газа и в случае необходимости спокойно отказаться от его закупки.

Такая диверсификация поставок газа в Европу позволяла получить рычаги давления на Россию и возможность шантажировать её, как это со времен независимости любит делать Украина. Кроме того, при особо благоприятных условиях и удачном стечении обстоятельств — нанести сокрушительный удар по экономике РФ.

Однако ещё больше мечтала избавиться от этой зависимости Турция, которой газопровод сулил прибыль за транзит по ее территории.

Саудовская Аравия была тоже заинтересована в газопроводе. Саудитов прельщало заиметь Сирию как своего рода плацдарм для дальнейшей энергетической экспансии. Главным же противником катарско-турецкого газопровода была, есть и будет Москва, которая не хотела лишаться единственной оставшейся после СССР точки присутствия на Ближнем Востоке, а также терять доминирующие позиции на европейском энергетическом рынке, и, конечно, Иран, который всегда был против доминирования заливных монархий и суннитского экстремизма.

В 2009 году Башар Асад отказался подписать соглашение о катарско-турецком газопроводе, чтобы защитить интересы своего российского союзника, а вскоре вообще вызвал агрессию суннитских монархий, одобрив так называемый «исламский газопровод», по которому газ из иранской части Южного Парса должен был пойти через Сирию в ливанские порты и оттуда отправиться в Европу.

Это сделало бы главным поставщиком газа на европейский энергетический рынок не суннитский Катар, а шиитский Иран и резко усилило бы влияние Тегерана не только на Ближнем Востоке, но и во всем мире. Кроме того, ирано-сирийское присутствие ощутил бы и Израиль, опасавшийся усиления «Хезболлы» и «ХАМАС», которых открыто поддерживает Иран.

Как только Асад отказался от катарско-турецкого газопровода, США и Саудовская Аравия начали готовить в Сирии суннитское восстание. В том же 2009 году, то есть за два года до начала «арабской весны», если верить опубликованной WikiLeaks переписке, ЦРУ начало усиленно финансировать ныне модно называемую «умеренную сирийскую оппозицию». Поэтому тот результат, который мы наблюдаем сегодня — следствие как минимум десятилетней работы.

Современные формы национализма
как мина замедленного действия

На примере Сирии мы наблюдаем, что предпосылки для затяжного конфликта, гражданской войны, геополитического кризиса создаются через те или иные формы современного национализма.

Еще с 17-го века известна старая английская политика вычленения наций «разделяй и властвуй», устроение государств по принципу «мононация — моногосударство». Сегодня главный политический селекционер планеты — Штаты — пользуется той же методикой: поиск критических точек, а затем максимально болезненная перестройка общества по принципу унификации.

Несмотря на то, что большинство современных государств являются полиэтническими или многонациональными, идеи мононации, моногосударства крайне популярны у наших соседей в Прибалтике, Польше.

Аналогично запад Украины сейчас воспитывается в духе ненависти к русским. Современным украинским государством открыто декларируется цель — построение моноэтничного государства с единым языком и единой церковью, причем с поражением прав меньшинств. Их — «на гиляку», «атомной бомбой», «пусть убегают» и т.д. — такие высказывания звучат на самом высоком уровне, вплоть до президента, а сторонники мононации в унитарном государстве скандируют «чемодан — вокзал».

Но сама по себе эта теория ущербна, поскольку связана с комплексом неполноценности конкретных политиков, которые пытаются свое воспитание трансформировать в идеи развития государства.

В белорусском обществе линии возможного раскола также многомерны. Это религия, этничность, мировоззрение, отношение к истории, отношения с Россией, Польшей. Именно их аккуратно прощупывают действующие в Беларуси западные СМИ и аналитики.

В то же время в многообразии заключено единство и устойчивость государства. И именно поэтому через национализм на протяжении 30 лет нам навязываются идея моноэтнического государства с единой исторической трактовкой и единой националистической идеологией — как будущей предпосылки для масштабного гражданского конфликта.

Более того, сегодня мы становимся свидетелями того, как целенаправленно дискредитируют государственные институты: милицию, армию, образование, выбивая у режима опоры. Как идет работа по целевым группам в обществе — например, с осужденными за наркопреступления и их родственниками.

При этом СМИ — в первую очередь «Радио Свобода», как имеющее самую крепкую материальную базу и аналитическое обеспечение — отрабатывают технологию информационного влияния, массированной дезинформации, коллективного сбора средств, оказания влияния на властные решения. И из всех этих процессов торчат американские уши — дестабилизация в стране сейчас выгодна в первую очередь им, а не Евросоюзу. Поэтому слова Президента о грядущей «вакханалии», связанной с выборами 2019—2020, надо воспринять очень и очень серьезно.